Страх и робость никуда не ушли — они словно змеи вглубь подсознания. Хотя время прошло, их влияние остается непреодолимым. Андрей осознает, что правда между легендами о Иоанне Грозном часто скрываются в тени ложных историй. Книга открывает мир, где легенды и факты переплетаются, заставляя задумываться обо всем, что мы знаем как истинно....
– Ну запишут и запишут, – пожал плечами граф.
– Тебе все равно?
– Радость моя, я устал. И, если честно, сейчас я меньше всего хочу думать о гуманизме, правах человека и толерантности. Мне плевать. Просто плевать. Или ты знаешь, как можно подготовить адекватного лекаря?
– А в Европе врачей хороших нет?
– Врачей и у нас хватает. Мне бы лекаря. Кто знает, как там все под Азовом повернется. Может быть я встряну в тяжелые бои. И потери от ранений в наши дни легко переплюнут все остальные. Посему, мне надо, что лекарь лечил, а не врач… ну ты, понимаешь[33]…
– Не понимаю… – поморщилась Марфа.
– Потому что, если бы врач лечил, то его бы называли лекарем. А то вечно голову морочит. Помнишь, как там было? В наши дни. Нет? Придешь в бесплатную поликлинику. Так там лишь создают видимость бурной деятельности и стараются как можно скорее тебя отфутболить в любом направлении. Придешь в платную – не сильно лучше. Им важно, обследовать тебя, как можно тщательнее, и лечить, как можно дольше, и дороже… Понимаешь? Хотя все они давали клятву Гиппократа, что, конечно же, полная бутафория.
– Я лично встречала хороший врачей. Врачей, которые лечили. И спасали жизни. – вскинулась Марфа.
– Я тоже, – охотно согласился Андрей. – Но это системы не меняет. Здесь же, – он неопределенно махнул головой, – все тоже самое. Только накинь для веса еще чудовищно низкий уровень образования и отсутствие понимания того, что они делают.
– Бред какой-то…
– Бред. Именно что бред. Но для начала Нового времени – вполне имеющие научную силу. Это – самый вопиющий пример. Но хватало и других. Из-за чего, признаться, я скорее пристрелю местного врача, чем позволю ему меня лечить. И из Европы врач в этом плане не лучше. Он будет просто обладать апломбом и просить больше денег, ведь приехал облагодетельствовать дикарей…
– И поэтому ты решил устроить все эти ужасы, достойные концлагерей Третьего рейха?
– Японцы творили вещи куда хуже.
– Нужно? Кому?
– Нам. Потому что нет времени ждать, когда он наберется опыта обычным путем.
– А эти люди? Ты о них подумал? Ты представляешь, через что им приходится пройти перед смертью?
– Вот именно.
