Начало весны в Сахалине. В холодных зимних холодах мир кажется выжженным миру. Но вот, наконец, пришла солнечная весна — и надежды взошли по заснеженным полянам. Затем, как будто пророчица судьбы, ошеломляющий зов исходит из каменных топографических точек, замерзающих от холода. Мужество и вера — вот то, что осенит в этом ледяном мире живое существо: Графа Суворова....
Похоже, «Граф Суворов» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Полметра, если она взорвется на таком расстоянии — мне точно конец. Зарычав сквозь зубы, я выгнулся всем телом. Мышцы, не привыкшие даже к минимальным нагрузкам, отозвались болью, но я продолжил ползти. Выбросил вперед руку и едва дотянулся кончиком пальцев до сферы. Еще чуть! Влить энергию души в чакру тела. Есть!
Обхватив ладонью гранату, я с победной улыбкой бросил ее в сторону врага. Ну как бросил — постарался. Замах был отличный, но не то скорость не удалась, не то пальцы разжались не вовремя — граната упала на спину мертвому герою, и чуть прокатившись, осталась с другой стороны.
Взрыв потряс зал, заставив вековую пыль, скопившуюся под потолком, спуститься вниз, заволакивая коридор плотной пеленой. Стрельба не прекращалась ни на секунду, но у обороняющихся нашлось преимущество — они прекрасно знали залы дворца и вскоре враги начали падать один за другим.
Короткими перебежками защитники начали двигаться ко мне, оттесняя оставшихся врагов. Подскочивший охранник тут же закинул автомат за спину и подхватив меня подмышки усадил обратно на кресло.
— Нужно отступать к внутреннему двору. — крикнул он остальным. — К судну ее величества, пока дорогу еще не перекрыли! За мной!
Я вновь оказался живым грузом, но только сейчас понял на сколько бережно меня везла мать. Теперь меня не просто мотало из стороны в сторону — меня кидало, чуть не вышвыривая на поворотах. Я же, не теряя времени, продолжал записывать память и восстанавливать тело.
К моему стыду, за короткое время схватки, я снова потерял кусок памяти, и не абы какой — а почти десять последних лет жизни.
Выдохнув, я зажмурился, и выгнал посторонние мысли. Все хорошо, я спокоен. Я камень, лежащий на вершине горы, мои грани точит небесный ручей, палящее солнце и вольный ветер дают мне свою силу… Нет! Не выходит! Как они мне могут дать силу если все нижние чакры представляют из себя жеванную скукоженную изюминку, которую сейчас распирает от заемной силы души?
Вновь глубоко, с шумом вдохнув и выдохнув я выгнал посторонние мысли.
