Начало весны в Сахалине. В холодных зимних холодах мир кажется выжженным миру. Но вот, наконец, пришла солнечная весна — и надежды взошли по заснеженным полянам. Затем, как будто пророчица судьбы, ошеломляющий зов исходит из каменных топографических точек, замерзающих от холода. Мужество и вера — вот то, что осенит в этом ледяном мире живое существо: Графа Суворова....
Похоже, «Граф Суворов» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 9
Горн прозвучал в семь утра, уже после того, как мы пробежали три километра, сделали по максимуму отжиманий и приседаний и уже успели помыться пока душевые были свободны. Так что к утреннему построению мы вышли не просто проснувшимися — но довольно уставшими и полностью вошедшими в рабочий ритм.
К чести, одногруппников, ближе к половине седьмого к нам присоединилось несколько десятков человек. Но не только из нашего барака. Я очень рассчитывал на проведение общей зарядки, но наш куратор младших групп на построение так и не явился, так что мы, простояв десять минут в оранжевом рассветном солнце, были предоставлены сами себе.
Большая часть тут же направилась обратно в барак, кто-то решил попытать счастье в столовой, где еще не горел свет, и только пара десятков косилась на стоящие чуть в отдалении группы первого курса с литерами А-Н. Там перед строем инструкторы прыгали, показывая разминку, и проводили нормальную зарядку.
— Взвод 1У5, на зарядку становись! — приказал я.
— Начальник, мы же только отпахали.
— Хочешь сдохнуть в говне, я никого за волосы тянуть не буду. Можете хоть все в этом болоте оставаться, — пожав плечами ответил я, и вышел из строя, так чтобы видеть преподавателей других групп. Пусть утреннюю разминку мы уже сделали, но любые тренировки моему телу только в плюс. Моя бы воля, я вообще только физухой и занимался, с перерывами на сон и еду.
"Спустя пятнадцать минут все тело разогрелось, но не болела ни одна мышца. Преподаватели подходили к обучению со всей ответственностью и давили упражнения мягко и постепенно, начиная с разминки до полной загруженности. Вот только перед нами такого учителя не стояло. И хотя я трудился только ради себя, многие из оставшихся на линейке повторяли мои движения.
— А-шки уходят. — заметил Шебутнов, и я увидел, что дальние от нас ряды втягиваются в ухоженные здания казарм.
— В столовку. — скомандовал я, с ходу переходя на бег. Как ни странно, первыми мы не были. Я заметил и учеников с нашивками старших курсов, и некоторых из новичков, тех кто на построении даже не появлялся. Судя по их ухмылкам, они решили, что самые умные, раз выспались дольше чем мы и не стали напрягаться.
— Че, краснорожие, напрыгались? — встретили нас ехидными замечаниями дежурившие у дверей столовой учащиеся. — Куда прете, не вы первые пришли.
