Леха и его товарищи снаряжаются для дальнего марша через сложные условия местности. Леха маленький и неуклюжий по сравнению с другими участниками, но он решителен и готов к бдительной предстоящей тренировке. Ваше читательское вступление нарисовало портрет непростого подвига - подготовки к важному заданию....
Похоже, «Граф Суворов. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Самое забавное в этой ситуации, если абстрагироваться оттого, что на нас орут уже полчаса, построив на морозе в одной легкой форме, в том, что сделать с нами со всеми разом ничего нельзя. Это я точно знаю. На губе столько места просто нет, а выделить зачинщиков сейчас уже невозможно. Ну кроме как расселить и каждый вечер контролировать, но мне, кажется, он и сам понимает, что уже к утру комнаты будут «смешанные» по половому составу.
В следующие пять часов у нас была самая забористая тренировка, которую я помню. Даже марш-броски и сдача промежуточных экзаменов не такая лютая выдалась.
"Не смотря на напускной свирепый вид Строганов явно гордился нами всеми. До конца испытания дошли все, хоть и не все своим ходом. Обед и радостное построение перед вернувшимся в академию графом Суворовым-младшим. Хм… хотя вроде младший теперь это я. Не принципиально. Перед Романом. И снова речь, и снова репортеры.
— Поздравляю вас.
— Завтра, в это же время, вы начнете пройдете инициацию и начнете свою новую жизнь. Вам откроется путь к силе, позволяющей встать вровень с легендарными героями прошлого и античными богами.
— Во славу! — не стройным хором ответили мы. Речь не сильно затянулась, и уже через полчаса нас распределили на группы. Снова тесты, но теперь уже на странного вида оборудовании. Ни экранов, ни голограмм на нем не отображалось, зато сами проверяющие — в закрытых очках-масках.
Вместе с второкурсниками не вошедшими в ускорку, нас загнали на сдачу крови, измерения давления и медкомиссию. Чуть не в жопу заглядывали, хорошо хоть разные врачи смотрели спину и рот… учитывая, что все было поставлено на поток — разделся до трусов, прошел всех врачей, померз в коридоре на холодном кафельном полу и наконец вернулся на исходную точку — одеваться.
