25 мая 15:40, летний дворец императора пульсеет энергией и напряжением. Василий поднимается с кровати, ощущая ритмичный вихрь вокруг него — меридианы активированы. Внезапно Строганов бросается на одного из гвардейцев, глаза пугливо расширяются. Я успеваю перехватить его щитом и улыбаюсь, когда он понимает, что не является врагом....
Похоже, «Граф Суворов. Том 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Рядом с судами, небольшими шеренгами-коробочками, выстроились люди в форме османского флота.
— Таран, твой выход. Подтвердить личности пленных и наличие кристаллов. — приказал я. — Шлюз открыть на три. Две. Старт.
Из под брюха фрегата выпорхнула крошечная капсула штурмового шлюпа и стремительно пошла на снижение. В сравнении с главным судном скорость ее была небольшой, но и маршевых двигателей шлюп не имел, только четыре маневровых. Серая точка спикировала к толпе народа и из нее выскочили бойцы в резонансных доспехах.
— Вот это зум. Просто офигенный зум. — невольно проговорил Я, и когда кап-два оглянулся, неодобрительно взглянув на меня, вспомнил что хотел спросить. — Что значит покачал крыльями? У судов же их нет?
— Странный вопрос в такое время. — не сдержавшись хмыкнул Погоняйло. — Все корабли в начале имели крылья, как и самолёты. Но затем двигатели стали достаточно мощными, а крылья лишь мешали при активном маневрировании.
— И в самом деле. — пробурчал я, поняв что логика от меня все равно ускользает. Но если есть принятые нормы, придется их усвоить и соблюдать
— Старший Тарану, прием. — проговорил глава моей штурмовой группы. — Пленные в порядке, личности подтверждены. На предмет взрывчатки и ошейников проверил.
— Понял тебя, начинаем снижаться. — ответил я, и кап-два без лишних вопросов направил судно к месту встречи.
— Снижение пятьсот. Двести пятьдесят. Выпустить шасси, тягу на маневровые. Сто. Скорость минус десять. Пять. Три. Один. — двигатели подняли облако пыли и сдули полуразложившуюся прошлогоднюю листву. — Есть контакт с поверхностью.
— Двигатели не глушим. Грузовой трюм открыть. — приказал я, сам переключая дверцы.
— Есть. — отозвался капитан штурмового взвода. И за резонансным доспехом потянулась жидкая людская цепочка.
Надо признать, обмен получался не равным. За двадцать вражеских офицеров мы возвращали и дарников, и обычных солдат. Почти две сотни человек. Очевидно что в таком обмене просто обязан быть подвох. Но я доверял слову Тарана, и если он сказал что все сходится, так оно и есть.
