25 мая 15:40, летний дворец императора пульсеет энергией и напряжением. Василий поднимается с кровати, ощущая ритмичный вихрь вокруг него — меридианы активированы. Внезапно Строганов бросается на одного из гвардейцев, глаза пугливо расширяются. Я успеваю перехватить его щитом и улыбаюсь, когда он понимает, что не является врагом....
Похоже, «Граф Суворов. Том 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Два пресса сзади, слева и справа, так чтобы я не мог отступить в сторону или уйти назад. Кинжал, получивший почти двухметровое лезвие, шел по диагонали, так чтобы зацепить почти со сто процентной вероятностью. И все это – на запредельной для человека скорости. Но не для меня.
Разбить правый пресс пробойником, встретить вражеский меч собственным, и чуть отойти, позволяя прессу, созданному противником ударить его же под локоть, на мгновение выводя из равновесия. Давид каким-то чудом сумел в последнюю секунду вывернуть кисть с кинжалом, сбивая конструкт, и тут же атаковал меня несколькими узкими серпами, которые я едва заметил из-за скорости.
Вот уж в самом деле, попал. Конструкты Давида, в отличие от всего с чем мне приходилось сражаться раньше, были на принципиально ином уровне. Скорее объемная фигура, чем просто сжатая плоскость. И это выражалось во всем, не только в дисках или в мече противника. Да что там, он умудрился отразить мою атаку сформированным у кулака баклером!
На секунду растерявшись от такого поворота, я чуть не потерял инициативу, и когда вновь попробовал перейти в атаку, столкнулся сразу с серией конструктов.
И вот это оказалось моим шансом. Отбив кортиком лезвие кинжала я ударил врага старой заготовкой – ладонью Шивы.
Враг поймал их на лезвие кинжала, но не сумел сразу рассеять, и отлетел в сторону. Рухнув на каменные блоки, он тут же перекувырнулся через плечо и вскочил, держа оружие наперевес. А затем прищурился и снова бросился вперед. Я увидел, как его аура мигнула и разом просела, потратив большую часть резерва за мгновение, но, учитывая сколько всего он создал – это было закономерно.
Со всех сторон в меня летели конструкты. Щиты преграждали пути к отступлению, за ними – летели диски, а под конец и сам Давид, высоко вскинув над головой кинжал, который держал двумя руками. Выхода не было. Шаг вправо, шаг влево, смерть. Так что я поступил единственным возможным способом. Прыгнул и попытался взлететь.
