Встреча снова оказалась опасной. Мальвина подозревала, что Петр Суворов может использовать их для личных целей. Ангела остается главным объектом интереса противников. В этой тяжелой битве каждый шаг становится решающим.
Похоже, «Граф Суворов. Том 9» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Милый, если ты не знал, ты — цесаревич, законодатель моды для всего молодого поколения, мечта девочек до семнадцати лет. — улыбнулась супруга. — А твои уроки еще и эффект дают. Так что повторять их будут все кто не попадя. Уже пытаются, ищут корни в Индуских учениях, и не дай бог найдут.
— Кхм. Ну, не найти их там будет довольно проблематично, только вряд ли это станет проблемой. — нахмурился я. — Считаешь, что это создаст конфликт с церковью?
— По крайней мере с патриархом. — уточнила Мальвина.
— Но мы же не собирались претендовать на деньги церкви? — удивленно спросила Ангелина. — Не помню ни одного такого заявления."
"— И слава богу. Иначе нас бы уже призвали к ответу. — погрозив пальцем сказала Мальвина. — Сегодня, когда церковь набирает все большую популярность на фоне развала ордена Асклепия, мы просто обязаны прислушиваться к её мнению.
— Кровью умоемся. — мрачно закончил я за супругу. — Нет у страны таких сил, еще и между собой драться. Вот только и попадать в подчиненное положение к Филарету я не намерен, а меньше он вряд ли попросит.
— Поговорить с ним все равно придется. — ответила Мария. — Нам нужен этот институт, чтобы усмирить недовольных и соблюсти традиции.
Спорить с Мальвиной не было никакого смысла. И не только потому что я сам не раз думал об этом, но и потому, что супруга разбиралась во взаимоотношениях родов куда лучше меня. Если она говорит, что есть плотно придерживающиеся христианских ценностей дворяне, значит так оно и есть.
Отбросив посторонние мысли, я сосредоточился на малом и большом круговороте энергии, расширяя меридианы для насыщения чакр. Затем перешел на совмещение духовных практик и конструктов. Средоточие звука, как я его назвал после обнаружения, становилось все плотнее, и хотя оставалось для меня абсолютной загадкой, я мог поспорить что скоро наполню его и окончательно сформирую.
Первая преграда и первый прорыв за долгое время.
