Поверхностный пол под ногами заставил меня замереть на месте. Стеклянные двери отражали неожиданно смятенный мир – все больше признаков того, что я здесь неправильно. Аромат жженого льна напоминал мне о доме — но он был полным противоположностью моего. Где-то близко дребезжащая электронная музыка. Я стояла в какой-то изоляции, а вокруг меня кипела жизнь....
Мне нравится апельсиновый, я взял еще яблочный и клубничный. В карете лежат бутылки.
В горле и правда пересохло. Конечно, я бы предпочла услышать другой вопрос, но пришлось отвечать на этот.
– Апельсиновый пойдет, да.
– Тогда сейчас принесу, – шепнул герцог, но с места не сдвинулся.
Мы сидели так минуту, может дольше. Его светлость гладил мои плечи, пытаясь согреть после ледяной воды, а мне было жарко. Не просто жарко – во мне словно вместо крови по венам бежал огонь, от одних только прикосновений. Лицо пылало, благо в темноте ночи этого не видно, и я боялась шевелиться, лишь бы мужчина не отстранился.
Когда его лицо стало ближе я не заметила, а в следующий миг моих губ осторожно коснулись губы Энвера и он замер, словно спрашивая “Можно?” Мое молчание было ответом и он поцеловал меня. Ощущения были такими нежными, словно прохладные лепестки роз коснулись разгоряченной кожи, или на тело, нагревшееся под жарким солнцем упали капли ледяной воды. Поцелуй вышел не отрезвляющим, а таким, что его не хотелось прекращать.
Энвер отстранился, ушел за соком, а я сидела словно громом пораженная и трогала кончиками пальцев свои губы. Я никогда не чувствовала ничего подобного, а ведь у меня был мужчина, которого, как мне казалось, я любила больше жизни… Может, он просто не умел целоваться? Сложно ответить на этот вопрос, поскольку поцелуй с герцогом был легким и невинным… но каким будоражащим! Всего секунду наши губы соприкасались, а меня вот уже несколько минут не отпускает чувство окрыленности.
Энвер вернулся, сел так же близко как и до этого, открыл маленькую стеклянную бутылку и протянул мне.
– Апельсиновый.
– Спасибо, – пискнула я, и смутившись своего сиплого голоса, припала к бутылке. Я выпила весь сок залпом, но жажда никуда не исчезла. Стоило признать, что она была вовсе не из-за того что хотелось пить."
"– Можно поцеловать тебя снова? – я слышала свой голос словно со стороны, явно не понимая, что этот вопрос задала я. Я! Черт возьми, что обо мне подумает Энв…
Додумать мне не дали, мои губы снова накрыли чужие и теперь уже более глубокий поцелуй вскружил мне голову.
Но остановился герцог. Обхватил мое лицо ладонями и заглянув в глаза, хрипло прошептал:
– Ты необыкновенная, Алина.
