Я буду занята целый день, так что надеюсь на вашу сознательность.
Малышка оставила в покое своих фарфоровых подружек и подошла к зеркалу, почесала кудрявую макушку, увенчанную огромным белым бантом, поправила кружевную оборку на новом пышном платьице, радостно улыбнулась и сообщила всему миру.
— Я сегодня чудо как хороша!
* * *Древняя часовня, обычно темная и мрачная, сегодня была украшена цветами. И пусть в Темную Дубраву не успели доставить роскошные розы и изысканные камелии, нежные фрезии и экзотические орхидеи, зато тут были букеты и венки из полевых цветов.
Скромные голубые звездочки васильков, подмигивающие золотым глазком ромашки, алые шелковые маки, сиреневые метелки Иван-чая и лаково блестящие лютики переплелись, перепутались, обнялись с пушистыми зелеными перьями хвоща и опахалами папоротника, гирляндами обвивая каменные колонны.
Даже солнечный свет как-то по-особому празднично проникал сквозь традиционные храмовые витражи. Тяжелые серебряные курильницы уже источали ароматы благовоний. Их голубоватые дымки тонкими струйками поднимались к стрельчатому куполу, тая в радостном сиянии дневного светила.
Все было готово к церемонии. Рядом с алтарем уже стояла Светлейшая Иллиад. Она старалась скрыть волнение под всегдашней маской спокойной доброжелательности, но пожалуй впервые ей это не удавалось. Душевное состояние Светлейшей было похоже на палитру художника смешавшего не краски, а чувства. Тут была и радость за подругу, почти сестру, и легкая грусть из-за того, что Великая Мать так развела их пути, и светлая надежда на счастье для своих девочек, и тревога, неопределенная и неоформленная, и…
Заиграл орган, и Иллиад бросила попытки разобраться в своих чувствах, устремив взгляд на распахнувшиеся двери храма.
Впереди торжественной процессии шли новобрачные. Сегодня никому не пришло бы в голову усмехнуться, глядя на этого крепкого рыжеволосого мужчину с волевым суровым лицом. Перед ликом Великой Матери шевалье ди Мартен снял всегдашнюю маску балагура, показывая себя настоящего.
Он трепетно поддерживал под руку невесту. Иллиад с удивлением поняла, что с трудом узнает в этой сияющем счастьем привлекательной женщине свою Марфу. Следом за молодыми степенно шагала важная некромашка, которой было доверено нести букет невесты. Светлейшая залюбовалась маленькой рыжеволосой озорницей. Аола в сопровождении супругов замыкала процессию. Она счастливо улыбнулась встретившись глазами с наставницей.
Иллиад высоко подняла руки, начиная свадебный обряд.
