Автор
Замок Ривердон погружается в знойное лето, а графиня торжественно принимает урожай. Джон справляется со своей работой с решительностью и аккуратизмом, хотя его лицо потемневшее от жары все равно сверкает энергией.
— Найра Виктория, император собирается устраивать бал в честь совершеннолетия своей младшей дочери, принцессы Арниссы. Вы появитесь там? — задала очередной вопрос миловидная блондинка с точеной талией и правильными чертами лица.
Как будто у меня есть выбор. Мой шестиюродный брат четко дал понять, что желает видеть меня при дворе, да почаще. Так что придется и на балу появиться, и, возможно, показаться на глаза императору.
— Обязательно, — откликнулась я. — Я не любительница большого скопления народа, но хотела бы посмотреть на украшения залов.
И почти не соврала. Мне и правда было бы любопытно узнать, как здесь украшают помещения по большим праздникам.
Глава 44
Меня допрашивали долго, часа два-два с половиной, не меньше. Народу было интересно все обо мне: где я жила до того, как вступила в наследство, кем были мои родители, где мы с Чарльзом планируем жить после свадьбы, для чего я хочу заключить брачный договор…
Я отвечала, тщательно умалчивая о части событий и в подробностях раскрывая те, которые мне ничем не грозили.
И когда, наконец, допрос закончился, я почувствовала себя этакой выжатой тряпкой.
Чарльз вернул меня порталом в Ривердон, сам остался с родней. И я была благодарна ему за возможность остаться в одиночестве, все обдумать, прийти в себя."
"Добравшись до своей спальни, я переоделась с помощью служанки в домашнее платье и улеглась на постель. Никакой враждебности со стороны родни Чарльза я не почувствовала. Хоть он и утверждал, что два наших рода были на ножах, но со мной общались приветливо.
«А вот интересно, как они отреагировали бы, если бы узнали, что я — дальняя родственница императора?» — насмешливо подумала я.
Вряд ли такая новость долго оставалась бы в семейном кругу. Ею обязательно следовало поделиться с друзьями и знакомыми, вынести в свет всю правду о Великолепной Арсане и ее взаимоотношениях с тогдашним правителем.
Свадьбу, конечно, ничего не расстроило бы. Против аргулий здесь никто не пойдет. Но на меня точно стали бы коситься с неприязнью. Как же, считай, потомок бастарда.
— Бред, — негромко пробормотала я, переворачиваясь с одного бока на другой. — Ну бред же. Вот спрашивается, какая им всем разница, кем был мой прародитель? Да даже если и бастардом. Официально он признан. Мужем Арсаны. Ну вот и…
Что «вот и», я не додумала. Уснула.
