Величайшая непредвиденная урожайность в истории подталкивает крестьянство к бедности. Ярмарка продовольствия пустует, и приближается голодная зима. В центре заговора оказывается Алек — широкоплечий крестьянин с зычным голосом. Его имя становится легендой в графских землях среди тех, кто не признает поражения....
Угощать мне особо было нечем, только горячим чаем, да сладким пирогом. Но гостеприимство было оказано, что высоко ценилось в этих местах, по уверению то же управляющего."
"– Ах, найра1 Виктория, мы были приятно удивлены, когда узнали, что у нас появилась соседка. Это поместье очень долго пустовало. Мы и не подозревали, что у его бывшего хозяина имеется наследница, – болтала без продыха Сесиль торн Шартак, супруга герцога, высокая плотная дама довольно приятной наружности. Она была одета по последней моде и не стеснялась демонстрировать мне, бедной соседке, свои шикарные наряды и драгоценности.
Болтовня Сесиль могла вызвать головную боль у любого неподготовленного слушателя.
Когда мне наконец-то позволили ответить, я мило улыбнулась.
– Не поверите, найра Сесиль, но я сама была крайне удивлена, когда оказалась здесь в качестве наследницы.
Судя по разочарованию, мелькнувшему в глазах Сесиль, она рассчитывала на более подробную информацию.
– Найра Виктория, – вмешалась ее дочь, старая дева Лисия, зеленоглазая брюнетка, фигурой напоминавшая мать, только не имевшая ее удачи и оставшаяся в своем возрасте никому из местных кавалеров не нужной, – вы не собираетесь устроить бал в честь вашего приезда? Как раз перед зимой? Было бы очень удачно.
«Я бы с удовольствием поприсутствовала там и, может, нашла бы себе наконец-то жениха», – так и читалось между строк.
Лисии можно было дать тридцать-тридцать пять лет.
