В дрожащем свете выключенных ламп ярко контрастируют несвежие тела. В комнате, отчаянно пытаясь укрыться в мраке, они размешались как будто под действием невидимого руля. Тихий зловещный свет играет на белесых лицах и крепких руках — знакомые силуэты в неизвестности, словно гигантская маска на безбрежном черном поле....
На тарелке была разложена незатейливая закуска из копченой рыбы и креветок. Видно было, что человек нервничает — он постоянно поглядывал на часы."
"Клиент опаздывал, и у вора, желавшего продать ворованную машину, это вызывало нервозность. Усмехнувшись, Емельянов достал свой верный пистолет «макаров», снял с предохранителя и, пряча руку за отворотом расстегнутой куртки, пошел к столику. Затем ткнул человека стволом пистолета в спину, между лопаток:
— Не двигаться. Уголовный розыск. Руки на стол.
Вздрогнув от неожиданности, мужчина вытянул руки.
— Ну привет, старый знакомый!
Перед ним сидел… шофер Николай, мифический сотрудник киностудии с внешностью простоватого деревенского парня. Лицо его скривилось.
— Ты… — он грязно выругался сквозь зубы.
— Ну, шагай, клиент не придет. Подставили тебя, парень.
Емельянов вывел вора из кабачка под испуганными взглядами окружающих.
— Где тачка? — спросил опер, когда они вышли на улицу.
— Вон, — Солнце кивнул на старый «мерседес» синего цвета, стоящий на небольшой самодельной парковке возле кафе.
— Отлично. А ну-ка открывай, и сядем. Есть разговор не для посторонних ушей.
Несмотря на то что руки его были скованы, Солнце легко справился с автомобильным замком. Они уселись на заднем сиденье. Емельянов отобрал у вора ключи.
— Хорошо замаскировался, — усмехнулся. — И какова добыча?
— Так, по мелочи, — хмыкнул тот.
— Тачку у кого спер?
— Чтобы я сам себе срок сделал?
— Послушай, дурик.
— У режиссера одного, — вор отвел глаза.
— Ты знаешь, почему тебя сейчас подставили? Потому, что ты залез на чужую территорию, и все такое. Понимаешь, почему тебя со всеми потрохами сдали?
— Нет, — и в голосе вора, и во всей фигуре появилось плохо скрываемое напряжение.
— Чтобы сделать из тебя суку, стукача!
Николай выругался. Емельянов усмехнулся:
— Вот мы сейчас с тобой поедем в отдел, оформлю я твое задержание, и знаешь, кто навестит тебя в камере на следующий день?
— Нахрена ты мне все это говоришь? — разнервничался тот. — Вези, куда хочешь.
— Значит, могу везти?
— Что тебе надо? Что хочешь взамен? — В глазах вора появился интерес.
— Сделку, — веско ответил опер.
— Смотря какую, — хмыкнул тот.
