Адмирал флота Рудин, командовавший Северным, а с некоторого времени и Балтийским флотом, во время учебного выхода, решил связаться с генштабом, для уточнения комбинации учений, и покричав какое-то время в хрипящую трубку, обратил внимание на поднятую чёрную крышку, и под ней клавиатуру, мигающий зелёный огонёк, и красивую надпись «Эхо» на лицевой части полированного корпуса.
— А это что? — Военачальник ткнул пальцем, и тут же подскочивший капитан-лейтенант связист пояснил, что это экспериментальная установка, поставленная для испытаний в практической обстановке, и представляет собой спутниковый телефон защищённой связи.
— И как он работает?
— А вот. — Связист ткнул в кнопку и чёрный экран быстро посветлел, показывая пункты меню управления. — Здесь трубка и клавиатура. А на экране, кроме всего прочего список номеров в памяти, и имена абонентов. На клавиатуре можно набрать номер, который не значится в памяти, или текстовое сообщение, отправив его или на номер телекса, телетайпа, или другого совместимого аппарата.
Адмирал ткнул пальцем в экран, в номер рядом с которым значилось, Зам. Ком Сев.Флота, Барков.
— Вот его давай. — И через десять секунд в трубке раздались гудки. — Алло? Здесь Рудин. Давай соединяй… Дмитрий Степаныч? Привет, да. Нет, я не в Москве. Я на борту «Императора Сергия», в Баренцевом море. А слышно меня так хорошо, потому как какой-то добродей, решил облагодетельствовать флот, и сделал-таки нормальную связь. И выглядит она, ну, вот я бы её в гостиную поставил не раздумывая, — Адмирал провёл пальцами по полированному боку аппарата. — И знаешь, что? Мне до смерти надоела возня с нашими «Барьерами». То работают, то нет, то спутник не видит то ещё что-то. В общем так. Давай создавай комиссию, и будем списывать все «Барьеры» к херам. А ставить мы будем, вот это чудо, которое называется «Эхо». — Он повернулся в сторону офицера связи. Сколько эта штука стоит у вас?
— Три месяца, товарищ адмирал флота. — Каплей вытянулся по стойке смирно. — Ни одного отказа. Можно хоть домой позвонить, хоть принять шифрограмму из Штаба.
— Вот. Местный радист говорит, что три месяца уже работают на нём, и проблем нет. А у этого «Барьера» одни проблемы. Как только он комиссию флота прошёл. Ты кстати и с этим делом разберись. Не может такого быть чтобы такое барахло проскочило без «барашка в бумажке». Кто-то кому-то дал, и я хочу знать сколько, кто и кому.
Адмирал повесил трубку, и ещё раз оглядел аппарат.
— А кто делает сие чудо?
— Так, Гиперборея же.
