– Ну что ж, – сказал он, поднимаясь. – Ну что ж...
Андрей перебежал через дорогу и прошел во двор пятиэтажного дома, из которого завтра ему предстояло стрелять. Вошел в подъезд, медленно поднялся на пятый этаж, осмотрелся. Сделанный в потолке лаз был закрыт металлической дверью. Хотя к раме были приварены петли, замка он не увидел. Спустившись вниз, зашел в соседний подъезд, потом еще в один и, наконец, в пятом или шестом нашел то, что искал – тяжелую лестницу. Не раздумывая, он отнес ее в первый подъезд и повесил на пустующие крючья между четвертым и пятым этажами. Такие лестницы должны висеть в каждом подъезде. Никто не остановил его, никто не обратил внимания.
Уже спустившись во двор, остановился. Что-то озадачило его. Подобрал во дворе толстую рейку от какой-то упаковки. Снова поднялся на пятый этаж. Уперев в квадратную дверь на чердак, с силой надавил на нее. Дверь поддалась. Значит, не была завалена, значит, ею можно пользоваться. После этого перешел в крайний подъезд с другой стороны – и здесь дверь поддалась...
Когда мать открыла дверь, он поразился, словно впервые увидел ее возраст.
– Слава тебе, господи, – проговорила она. – Пришел...
– А ты уж и не надеялась?
– Да как тебе сказать. – Мать тщательно запирала замок. – Не знала, что и думать... У тебя ничего не случилось?
– Да вроде... А почему ты спрашиваешь?
– Не знаю... Почему-то подумалось, почему-то спросилось...
Андрея опять резанули маленькие открытия – ее возраст, беззащитность, готовность принять сына таким, каков он есть. Если раньше она пыталась что-то в нем исправить, что-то улучшить, то теперь этого не было.
– Мне никто не звонил?
– Света звонила... Что-то давно ее не видно... – проговорила мать как-то неловко, словно позволила себе заглянуть в недозволенное место. – У вас все в порядке?
– Можно и так сказать.
– Андрюша, ты что-то недоговариваешь?
– Ты спросила, все ли в порядке? Отвечаю, у нас с ней все прекрасно.
– И там. Более или менее.
– Как скажешь, – Андрей понимал, что ей хотелось усадить его за стол, накормить обедом. И хотя есть не хотелось, он все-таки сел. Потом вышел во вторую комнату, вынул из книги несколько тысячных бумажек и, вернувшись на кухню, положил на стол. – Возьми... Авось сгодятся.
– Боже, откуда столько?!
– За два месяца заплатили... У них не всегда деньги есть, часто задерживают... Вот и дали сразу.
– А у тебя осталось?
– Да. На бензин есть.