Маша с опаской посмотрела на давно не хоженную тропку в сажень, если не меньше, шириной, заваленную щебнем и мелкими камнями. Цэден заметил ее оторопь и улыбнулся:
– Не бойтесь, Мария Александровна! Олени эту дорожку бегом пробегают. Вы, главное, не смотрите по сторонам, а все под ноги, под ноги. Земля твердая, выдержит.
– Я и не боюсь, – проворчала Маша и еще сильнее сжала поводья лошади, которую, как и ее спутники, вела за собой.
Она ловко преодолела этот нелегкий путь, хотя все время чувствовала, как тело ее, независимо от желания, клонится то в одну, то в другую сторону. Темные провалы справа и слева тянули к себе с неудержимой силой, и, только опустив глаза вниз, под ноги, можно было подавить в себе эту до тошноты противную тягу к пустоте.
Внезапно Цэден резко остановился и замер на месте. Маша почти уткнулась носом в хвост его лошади и приподнялась на цыпочки, чтобы рассмотреть, что же такое мешает их дальнейшему движению. И увидела: навстречу им спокойно шагала крупная медведица, а позади, ну точь-в-точь как Маша за Цэденом, двигался медвежонок.
Разойтись им не было никакой возможности. Но Цэден почему-то не спешил стрелять, а лишь на мгновение повернулся к своим спутникам и приложил палец к губам. Тише, мол!
Ветер тянул сбоку. Медведица больше смотрела себе под ноги и часто оглядывалась – видимо, боялась за малыша, который, в общем-то, уже не был малышом, так, с дворовую собаку, – и потому заметила людей гораздо позже, чем они ее. А увидев, никак не могла сообразить, что это такое.
Она остановилась, приподнялась на дыбы и все нюхала, нюхала, водила туда-сюда черным влажным носом. Но вперед идти уже не решалась.
Медвежонок за широким задом родительницы ничего не видел. Вынужденную остановку он использовал для игры: спускал в пропасть камни и озорно тоненько порыкивал, наблюдая, как они летят вниз, увлекая за собой настоящую лавину камнепада.
Неожиданно Цэден стянул с головы форменную фуражку, прикрыл ею лицо и, отпустив повод своей лошади, решительно пошел на медведицу.
– Ружье! – прошептал ему вслед Антон. Но Цэден лишь отмахнулся с досадой. Не мешай, дескать! Ружье по-прежнему висело у него на груди, и он не сделал пока ни одного движения, чтобы взять его на изготовку.
Медленно, нащупывая ногами тропу, Цэден продолжал идти вперед. Спутники его застыли на месте и, затаив дыхание, наблюдали за тем, как постепенно сближаются зверь и человек.
Медведица по-прежнему стояла на задних лапах. Она глухо ворчала, смотрела то назад, то вперед. И вдруг ветерок донес до нее необходимые сведения о существе, идущем ей навстречу. Как она, бедная, вздрогнула и испугалась! Мигом повернулась, рявкнула на малыша, и тот, поняв, что объявлена нешуточная тревога, галопом поскакал назад по тропе.