Автор
Грех во спасение – это книга, где свет полуденного солнца переплетается с тенями бескрайних степей и глубинных лесов. Мир живой атмосферы и необычной гармонии природы перемешивается с древними легендами и загадочными тайнами. Автор вводит читателя в мир, где каждый предмет имеет свою историю, каждый звук — свое значение....
– Маша почувствовала, что тоже вот-вот расплачется, но собралась с силами и сказала как можно убедительнее: – Почему ты не хочешь уйти вместе с нами? По-моему, это самое лучшее в твоем положении. Мы с Митей будем очень рады, если ты согласишься.
– А Антон? – Васена подняла на нее полные слез глаза. – Он не будет против?
– А с чего он будет против, если любит тебя? – Маша с изумлением уставилась на девушку, догадавшись вдруг о причине ее слез. – Он что ж, так ни разу и не предложил тебе уйти вместе с нами?
– Ни разу! – опять зарыдала девушка.
Васена отстранилась от Маши, стянула с головы платок, вытерла мокрое от слез лицо, громко высморкалась. Потом поднялась с камня и сверху вниз посмотрела на Машу:
– Я ведь, Мария Александровна, ни перед кем не привыкла спину гнуть и хвостом в угоду вилять тоже не собираюсь.
– Не глупи, Васена! – рассердилась Маша. – Не хочешь унижаться перед Антоном, и правильно, не унижайся! Но почему бы мне не взять тебя в горничные? Честно сказать, я чувствую себя неловко в компании двух мужчин.
– В горничные? – расхохоталась Васена. – Да какая ж из меня горничная? И притом Дмитрий Владимирович вам не чужой! Чего тут опасаться?
– Это долгая история, Васена! И возможно, я расскажу ее, но несколько позже.
– Только не называйте меня горничной, Мария Александровна! – Васена весело улыбнулась, и Маша поняла, что она согласна. – Я лучше, как и прежде, охотничать буду. Так мне привычнее, да и дичью кто-то должен вас снабжать, а то на сухарях долго не протянете.
– Спасибо, дорогая! – Маша обняла ее и прошептала: – Да и кто, кроме тебя, нас к Амуру выведет, если казаки успели-таки дороги к перевалу закрыть?
38
– Смотрите, Дмитрий Владимирович! Вон они, за теми камнями! Человек пять или шесть... – прошептал Антон и вытянул руку в сторону невысокой круглой горушки, поросшей пихтовым лесом.
