Автор
Солнечный день. Люди спешат домой, кто-то на прогулку, а кто-то в магазин. Я же на подоконнике, рассматриваю отражение. Мое детство кажется давно ушедшем, и даже сейчас я чувствую это — красота в зеркале несопоставима с внешностью вокруг меня. А между тем мне предстоит преодолеть гораздо большее препятствие, чтобы стать самой собой....
– Постараться начать новую жизнь. Довериться мужчине, который тебе понравится. Подпустить его к себе, Маш. Я уверена, что у тебя получится. И что со временем ты сумеешь все забыть. Свое прошлое.
– Он мне действительно понравился. Впервые я испытываю такие невероятные ощущения, – признается она, мило улыбаясь сквозь слезы. – Но он намного старше меня…
– Маш, Захаров старше меня больше чем на пятнадцать лет. Меня никогда не смущал его возраст. Главное, чтобы мужчина, стоящий рядом с тобой… Ценил, любил и оберегал тебя.
– Послезавтра.
– Ну вот и отлично. Я умоюсь и вернусь. Жди меня.
Кажется, потихоньку и Машкина жизнь налаживается. Очень надеюсь, что на ее пути появится достойный мужчина, готовый любить ее до конца жизни. Сестра заслуживает всего самого лучшего.
– Заткнись! Она моя дочь, и я поступлю так, как посчитаю нужным! – из одной из комнат доносится голос отца. Он кричит. – Ты меня достала! Как была тупой, так и осталась!
Я буквально замираю на месте.
– Пап, что случилось?
– Ничего, – говорит, открывая дверь. – Хорошо, что ты пришла. Надо поговорить.
– О чем?
Он кивает внутрь.
Мама внимательно смотрит на меня, скрестив руки на груди. Она даже не подошла, не обняла меня. Будто для нее всего существовал лишь Матвей.
– Мы не сможем объяснить ничего людям, – качает он головой, шагая из угла в угол комнаты.
– А почему мы должны им что-либо объяснять, пап? – тихо уточняю я, все еще не понимая, к чему он ведет разговор. Прижимаюсь к стене спиной, потому что начинает кружиться голова.
– Как это почему? Они пальцем в тебя тыкать будут, понимаешь? – останавливается посреди комнаты. – Нет, так не должно продолжаться. Ты поедешь с ним. И замуж за него выйдешь. И жить с ним будешь! Со временем все наладится, Мирослава.
– Ты о ком, пап? – недоумеваю.
Меня начинает тошнить от его слов. Цепляюсь с родителем неверящим взглядом, вопросительно выгибаю бровь.
– О Захарове! О ком еще? Звони ему. Пусть завтра приезжает за тобой. Немедленно.
ГЛАВА 29
У меня челюсть чуть не падает. Что все это значит?
– Об этом вы говорили во дворе, да? Он тебя попросил? Или условие поставил? Ведь он тебе жизнь спас – и ты ему задолжал. Плюс мою вину на себя взял. Именно я убила вашего святого сына.
