Автор
Ширма из плотного дерева скользнула в сторону, открывая вид на просторное зало собраний. Оливия Грейсон сидела в центре, спиной к входной двери. Ее внимательный взгляд охватывал каждого участника заседания — от скромных сотрудников до могущественных инвесторов. Внутренний мир компании напоминал устрашающий каркас гигантской машины, и Оливия чувствовала себя центровым в этом механизме....
В полном одиночестве Лиз начала танцевать по квартире.
После полудня она в отличном настроении поехала повидать бабушку. Когда Лиз прибыла в дом престарелых, Мэрибел сидела в освещенном солнцем внутреннем дворике, рассказывала анекдоты двум пожилым леди, и все они весело смеялись. Появление Лиз ее приятно удивило. Она представила внучку другим дамам, а потом ушла поговорить с ней в хорошо обставленную гостиную. У Мэрибел были свои апартаменты, но в течение дня она любила поболтать с другими обитателями этого дома в общих помещениях.
По детским воспоминаниям Лиз, Мэрибел готовила замечательно, особенно спагетти с фрикадельками и соусом, гамбургеры, мясной хлеб и вафли в тостере. Только став взрослой, она поняла, что кулинарные навыки у ее бабушки не лучше, чем у нее самой, а может, даже менее выдающиеся.
– Лизи! – воскликнула она и обняла внучку. – Ты приехала из самого Коннектикута, чтобы повидать меня?
– Конечно! Я по тебе соскучилась.
Лиз не кривила душой, говоря это. Она всегда скучала по бабушке, которая была одной из основ ее жизни. Мэрибел была для нее третьим любимым родителем.
– Какое у вас было замечательное путешествие! Твоя мама мне всё рассказала. Она звонила почти каждый день. Хотела бы я с вами там быть, когда вы ходили на танцы!
Мэрибел всегда любила танцевать.
Даже в свои девяносто пять Мэрибел выглядела элегантно. Волосы у нее были такие же снежно-белые, как у Оливии. Поседела Мэрибел, как и ее мать, на третьем десятке лет, однако никто из внуков эту особенность не унаследовал.
