Автор
Ширма из плотного дерева скользнула в сторону, открывая вид на просторное зало собраний. Оливия Грейсон сидела в центре, спиной к входной двери. Ее внимательный взгляд охватывал каждого участника заседания — от скромных сотрудников до могущественных инвесторов. Внутренний мир компании напоминал устрашающий каркас гигантской машины, и Оливия чувствовала себя центровым в этом механизме....
Нам потребовался целый день, чтобы разыскать маму, и еще двое суток она добиралась домой.
– Наверное, она сама очень переживала из-за этого, – сказала Тейлор с пониманием, она очень сочувствовала Филиппу. – Она чувствует себя виноватой за ваше детство?
– Думаю, сейчас – да. Но уже поздновато. Тех лет не вернешь. Она старается уделять много времени нам взрослым и очень заботится о внуках, больше чем о нас в свое время. Она стала старше, у нее появилось больше времени, хотя она продолжает сама ездить в командировки.
Филипп рассказывал Тейлор об этом, когда с ней познакомился, но в общих чертах, не вдаваясь в детали.
– Мы каждый год с мамой совершаем путешествие на ее день рождения. В этом году и дата была большой, и путешествие.
– Она, во всяком случае, старается, – мягко сказала Тейлор. – А как вы ладите друг с другом?"
"– Неплохо. Кроме моей сестры Касс, которая в этих путешествиях не участвует.
«Или испытала бы сильную боль», – подумал Филипп.
Теперь Тейлор имела представление, насколько крепкой была его семья, и легко могла догадаться, что мать Филиппа властная женщина и другие считались с ее решениями.
– А почему же ты раньше мне этого не рассказывал? – осторожно спросила она.
– Не люблю хвастать, – честно признался Филипп.
– Ты боялся, что я клюну на ваши деньги?
– Нет, нет, – торопливо, чересчур торопливо возразил он и продолжил уже с некоторой запинкой: – Да… Возможно… Не знаю. Кто-то ведь мог бы и заинтересоваться. Это очень, очень большой бизнес. У нас больше ста магазинов по всему миру, фабрики, производственные филиалы, сотни тысяч сотрудников.
