Автор
Ширма из плотного дерева скользнула в сторону, открывая вид на просторное зало собраний. Оливия Грейсон сидела в центре, спиной к входной двери. Ее внимательный взгляд охватывал каждого участника заседания — от скромных сотрудников до могущественных инвесторов. Внутренний мир компании напоминал устрашающий каркас гигантской машины, и Оливия чувствовала себя центровым в этом механизме....
Она присела за стол, взяла тост и стала рассказывать о турне с Дэнни Хеллом. Несмотря на тысячу мелких проблем, дела шли хорошо до момента получения печальной новости о кончине Мэрибел. К концу завтрака у всех было ощущение, будто Касс никогда от них не уезжала. Она, похоже, больше не сердилась, просто печалилась о бабушке. Мэрибел объединила всю семью.
Вторая половина дня выдалась тяжелой. Оливия при помощи Лиз и Филиппа всё организовала. Тело Мэрибел было доставлено в ритуальный зал в Бедфорде.
Но момент всё равно оказался болезненным для всех. Стоя у гроба в маленькой часовне, они плакали. Зал был украшен белыми розами и орхидеями, которые заказала Оливия, в воздухе стоял густой аромат цветов.
Домой вернулись в скорбном молчании и стали обсуждать, что делать дальше. Похороны должны были состояться через день, и Грейсоны решили вместе дожидаться их в Бедфорде.
Вечером Питер после работы приехал навестить Оливию.
– Как ты?
Питер беспокоился. Он понимал, что смерть матери оказалась огромной потерей, к тому же внезапной.
– Нормально, – с печальным видом ответила Оливия, и Питер обнял ее за плечи. – Хорошо, что Касс дома. Мама бы очень обрадовалась.
Оливия улыбнулась сквозь слезы.
– Я тебе очень сочувствую, – сказал Питер, гладя ее руку.
Он пробыл в Бендфорде достаточно долго, чтобы повидать детей и внуков Оливии и выразить свои соболезнования. Все вели себя приветливо, в том числе Филипп. Потом Питер уехал. В тот вечер они опять ужинали все вместе. Для Оливии это были и поминки по матери, и празднование приезда Касси домой.
