Автор
Ширма из плотного дерева скользнула в сторону, открывая вид на просторное зало собраний. Оливия Грейсон сидела в центре, спиной к входной двери. Ее внимательный взгляд охватывал каждого участника заседания — от скромных сотрудников до могущественных инвесторов. Внутренний мир компании напоминал устрашающий каркас гигантской машины, и Оливия чувствовала себя центровым в этом механизме....
Хотя сам по себе дом был красивый, он доставлял кучу проблем: в нем постоянно что-то текло, ломалось, а как все починить, она не знала. Ее жизнь, как казалось Лиз, в каком-то смысле была похожа на этот дом: она имела потенциал, но постепенно рушилась. И вот теперь предстояло опять ехать с родственниками на каникулы. У нее не хватало духу поступить так, как ежегодно поступала ее сестра, и отказать матери, отвергнуть ее приглашение. Поэтому Лиз всегда делала то, чего от нее ожидали, она не хотела никого обидеть и вместе с дочерьми участвовала в поездках.
Единственным человеком, который понимал чрезвычайную неуверенность Лиз в себе, была Мэрибел, которую внучка навещала еженедельно. Как и для Филиппа, бабушка стала для нее второй мамой, а Оливия являлась скорее другом. Мать всегда была с ней добра, участлива, но Лиз была убеждена, что они просто слишком разные, чтобы понимать друг друга. Мэрибел советовала Лиз дать матери шанс и утверждала, что Оливия сожалеет о том, что уделяла детям мало времени, но Лиз считала, что теперь уже слишком поздно.
– Черт! – воскликнула она.
Ее охватил приступ морской болезни от одного взгляда на гигантское судно. Она прочла описание всего, что предлагалось, но и это не помогло. К тому же Лиз знала, что будет себя чувствовать в окружении родственников несчастной и неполноценной, независимо от того, случится у нее морская болезнь или нет. Но она также наверняка знала, что ее дочери с превеликим удовольствием проведут эти дни в кругу семьи на великолепной яхте.
