Автор
Несчастный молодой человек, обреченный стать жертвой злых слухов и зависти, прячется от мира среди священников. Ева, осознавая бесконечность своей вины, стремится уйти из тени, но каждый шаг увеличивает напряжение и рискует раскрыть все свои грехи. В церкви она чувствует себя наиболее безопасно, однако это лишь временная защита перед неизбежным разоблачением....
Веснушки. Зеленые глаза. Нежные пухлые губы.
Он тотчас одернул себя, понимая, что подобные фантазии — непозволительная слабость.
Прекрасное страдание. Действительно.
— Рано или поздно каждому из нас приходится столкнуться с искушением, — осторожно произнес он, решившись наконец заговорить.
Леди Фенимор задержала внимательный взгляд на лице Адама и улыбнулась, будто распознала его искусную увертку.
— Простите, если невольно задела ваши чувства, преподобный. Признание немного смягчило сознание вины, которое не дает мне покоя.
Леди Фенимор с надеждой посмотрела на пастора.
Адаму часто приходило в голову, что священники, в сущности, — стряпчие Господни на земле.
Иными словами, пытаются угадать ответ."
"И снова у Адама возникло чувство, будто он бредет на ощупь впотьмах. Он мог рассуждать о любви Господней и братской любви, но любовь, которую описывала леди Фенимор… Внезапно у него мелькнула мысль: ему вечно не хватало времени, чтобы обдумать, что значит любовь для него. Женщины в городке считали любовью уютный дом, вышитые салфетки и варенье.
Говорили, будто Оливия разбила сердце Лайону Редмонду, но что бы ни произошло между ними, Адам подозревал, что их чувство напоминало взбесившееся стихийное бедствие — ураган или потоп.
Пожалуй, пример Оливии — один из самых ярких.
Конечно, любовь, о которой говорила леди Фенимор, страсть, что целиком подчиняет себе и превращает в покорного раба, встречается нечасто. Но это не значит, что следует ее отрицать. К чему бы она ни вела.
Адам никогда не знал любви подобного рода.
Его неожиданно кольнула зависть — один из смертных грехов.
