– Подходило? – изумляется Ана.
– Да.
Ана заинтересованно ждет продолжения.
Черт.
– Она увела меня с той смертельной дорожки, по которой я уже катился, – тихо говорю я. – Очень сложно расти в идеальной семье, когда сам ты не идеален.
Ана резко переводит дыхание.
Черт. Бесит меня этот разговор!
– Она тебя все еще любит?
Нет!
– Вряд ли, не в том смысле. Я тебе твержу, что все давно закончилось. Все в прошлом. Я не мог бы этого изменить, даже если бы захотел, – а я не хочу. Она спасла меня от меня самого. Я этого прежде ни с кем не обсуждал. Кроме доктора Флинна, конечно. И тебе сейчас рассказываю лишь потому, что ты должна мне доверять.
– Я тебе доверяю, – откликается она, – я просто хочу узнать тебя получше. Однако всякий раз, когда я пытаюсь с тобой поговорить, ты меня отвлекаешь.
– Ох, бога ради, Ана. Что ты хочешь знать? Что мне сделать?
Она разглядывает собственные руки под водой.
– Я стараюсь понять. Ты такой загадочный. Я прежде таких не встречала. Спасибо, что отвечаешь на мои вопросы.
С внезапной решимостью она придвигается под водой ко мне, садится рядом и прижимается всем телом.
– Пожалуйста, не злись на меня.
– Я не злюсь на тебя, Анастейша. Просто не привык к таким разговорам… допросам. Такое у меня бывает только с доктором Флинном и с…
Черт!
– С ней? С миссис Робинсон? Ты с ней разговариваешь, – чуть слышно тянет она.
– Да, разговариваю.
– О чем?
Я так резко разворачиваюсь к ней, что вода выплескивается из ванной на пол.
– Ты не отступишь, да? О жизни, о мире… о делах. Анастейша, мы с миссис Р знаем друг друга давным-давно. Можем обсуждать что угодно.
– И меня тоже?
– Да.
– Почему вы говорите обо мне? – Теперь в ее голосе чувствуется обида.
– Я еще не встречал таких, как ты, Анастейша.
– Что это значит? Таких, которые не станут молча, без вопросов подписывать твои контракты?
Я качаю головой. Нет.
– Мне нужно посоветоваться.
– И ты советуешься с педофилкой? – бросает она.
– Анастейша, прекрати! – Я чуть ли не кричу. – Или я тебя отшлепаю! У меня нет к ней ни малейшего интереса – ни сексуального, ни романтического. Она давний и любимый друг и деловой партнер. И только. У нас есть общее прошлое, воспоминания, то, что очень сильно помогло мне, но разрушило ее собственный брак… хотя та сторона наших взаимоотношений осталась в прошлом.
Ана горбится.
– Твои родители так ничего и не узнали?
– Нет! – рявкаю я. – Я же тебе говорил!
Она с опаской смотрит на меня и, кажется, понимает, что зашла слишком далеко.
– Довольна? – спрашиваю я.
– Временно.
Господи, спасибо и на этом. Она не преувеличила, что хотела столько всего сказать. Но говорим мы не о том, о чем хочу я. Мне надо знать, что между нами происходит.