И эта новость Катю взбодрила — может, именно от бывшей консьержки им удастся узнать что-то важное и полезное о семействе Кутайсовых и Пелопее?
След последней фигурантки из списка, парикмахерши Ираиды Гарпуновой, пока затерялся.
— Кутайсовы имеют особняк в районе «Седьмой мили» на Новой Риге, это элитное место, — сказал Кате Гущин. — Там у них вся инфраструктура, у этих особняков, и охрана, въезд. Так вот, оперативники беседовали с охранниками — пропуск Ираиды Гарпуновой давно не обновлялся, сама она у Кутайсовых не появляется без малого год. Охранники ее помнят: эффектная дамочка, ездила всегда на машине с крохотной собачкой-болонкой. У нее помимо Кутайсовых на «Седьмой миле» еще были клиенты, в пропуске так и значилось: парикмахер-стилист на дому. Когда найдем ее, скорее всего, ее расценки на продажу нам информации окажутся выше, так что учтите.
Он подвинул Кате документы из финчасти, она все их подписала. Он достал из сейфа пачку банкнот по пять тысяч и размен по тысяче.
Катя посчитала деньги и убрала их в сумку. Итак, в их компании с Клавдием Мироном Мамонтом кассир она.
— Ежова Надежда ждет нас через два часа у метро «Тушинская», — сообщил Клавдий Мамонтов. — Так что пора выдвигаться.
— Она так быстро согласилась? — удивилась Катя. — Это вы с ней сейчас разговаривали?
— Нет, это был разговор со Светланой Лихотиной. Она сказала, что подумает в течение дня. Но скорее да, чем нет. Так что с «Тушинской» поедем прямиком на Патриаршие — я ее дожму. Она, видимо, ждет, когда ее хозяйка уйдет из дому. А Ежова сразу согласилась — я ей вечером звонил, прямо туда, к ним домой. Бывшей консьержке тоже по домашнему телефону, в квартиру Папинаки. Мобильных у нас ведь их нет, только домашние номера. Ежова сегодня как раз выходная. Она сказала — поедет за покупками на «Тушинскую».
— Надо же, я думала, они упрутся.
— Деньги, — Клавдий Мамонтов снова выглядел бесстрастным, как римская статуя. — Я Ежовой предложил три тысячи только за встречу и три по окончании разговора. Так что бе-еееее-гом побежала, вприпрыжку, языком с нами трепать.
— А кем вы представились? Кто мы? — Катя все больше изумлялась расторопности флегматика.
— Пресса. Случай полной амнезии и авария нас заинтересовали.
— Вы не очень там с ними… это, поаккуратнее, — напутствовал их полковник Гущин. — Появятся новости, я вам позвоню.
Катя готовилась ехать на служебной разыскной машине, но на Большой Никитской, возле знака «стоянка запрещена», их ждал потрепанный черный внедорожник. Личный транспорт Клавдия Мамонтова. Катя подумала, что «личникам» как раз под стать такие вот сундуки на колесах — тачка, видно, осталась у Мамонтова с прежних времен. Привычка почти не касаться руля, а если и касаться, то крутить его одним пальцем — тоже.