Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Гремучий ручей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Но знаете про тварь побольше остальных. – Еще один шаг, а в глазах – настороженность и готовность напасть в любой момент.
– Хотела бы знать. – Ольга застегнула сначала блузку, потом пальто. – Да вот не знаю. Ну что, Григорий, решил уже, как поступишь? Прямо сейчас меня убьешь, или шанс дашь?
– Я не знаю. – Он покачал головой. – Я уже ничего не понимаю.
– Я похожа на чудовище? – спросила Ольга этим своим учительским тоном. – Видел ты от меня когда-нибудь зло или беду?
– Я и от Зоси своей не видел… – проговорил Григорий. И топор отпустил. Ольга вздохнула с облегчением. – Почему она в упыря превратилась, а вы нет?
– Может быть, потому, что тварь ее убила, а меня только оцарапала?
– А если это временное все? – Григорий рассматривал ее как диковинное существо, о чем-то напряженно размышляя.
– Что временное? Моя человечность? – спросила Ольга напрямую.
– Да. Может вы потом… попозже перекинетесь?
Ольга и сама над этим думала, хотя думать о таком страшно не хотелось. «Тебе, Олька, их бояться не нужно» – звучал в голове голос бабы Гарпины. Кого ей не нужно бояться? Почему не нужно бояться? А она ведь и в самом деле не боится. По крайней мере, за себя саму.
– А может ты меня тогда и прибьешь, когда я перекинусь? – спросила она все тем же учительским голосом. – Опыт у тебя есть.
– Опыт есть, да вот кола осинового под рукой нет.
– Голову руби, – сказала она, не задумываясь. Сначала сказала, а потом сама себе удивилась. Откуда у нее эти знания? Снова просочились из-за дверцы?
– Почему именно голову?
– Не знаю. – Ольга пожала плечами. – Мало что я сейчас понимаю, Гриня. Знаю только, что я здесь, в Гремучем ручье, неспроста. Вот только никак не могу вспомнить, зачем.
Не нужно так откровенничать. Опасно это. А с другой стороны, ей нужен союзник. Вот такой ловкий и отчаянный, как Григорий. Им обоим есть что терять, они оба ненавидят фон Клейста и старуху лютой ненавистью.
– Они обескровленные, – сказал Григорий шепотом. – Те девочки обескровленные, кожа у них, словно прозрачная.
Ольга кивнула, ничего не ответила.
– А вы? – Он посмотрел на нее в упор. – Вам не хочется?
– В глотку тебе впиться? – Ольга снова усмехнулась. – Есть тут те, кому впилась бы, не раздумывая. Но не из-за голода. По другим причинам.
Кажется, ей удалось его убедить, потому что после долгого молчания он наконец кивнул.
– Хорошо, – сказал Григорий, словно нехотя. – Но вы должны понимать, тетя Оля…
– Я сама тебе скажу, если придет время. Или думаешь, я хочу стать такой же… – Ольга не договорила, но он и так ее прекрасно понял. – А теперь, если не возражаешь, я должна посмотреть.
Она шагнула к ящику, склонилась над крышкой. С внутренней стороны на древесине были глубокие царапины.
