Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Гремучий ручей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как и подземелье прямо под ней. А еще был тайный ход, что вел из подземелья к оранжерее. Еще одному месту, построенному специально для Габи… И даже кольцо в стене было специально для нее. Они с мужем надеялись, что кольцо не пригодится, но Габи знала правду. Пригодится… и уже очень скоро. Скоро Дмитрию будет небезопасно оставаться с ней наедине. Скоро наступит тот страшный момент, когда она сама, добровольно наденет на шею оббитый бархатом ошейник. Этот так мило и так наивно – пытаться защитить ее тонкую кожу бархатом в то время, когда душу ее пытается захватить тьма. И живые цветы в изголовье ее кровати очень скоро станут казаться ей насмешкой и издевательством. А эхо собственного голоса под сводами подземелья будет сводить с ума. Очень скоро, но пока она все-таки больше человек, чем не-человек…
* * *Они бежали по темным аллеям, не разбирая дороги. Или это только Всеволод не разбирал, а Татьяна все видела очень хорошо? Как кошка ночью! В ней и было что-то кошачье. Может грация, а может решительность и какая-то убийственная отчаянность. Как бы то ни было, она летела вперед, а он не сопротивлялся. Он лишь спросил, задыхаясь от быстрого бега:
– Мы куда?
– В часовню.
– В часовню? – Что она знает про часовню? Откуда вообще знает?
– Там Митяй, нам нужно спешить.
Он не стал спрашивать, кто такой Митяй, как не стал спрашивать, откуда она знает. Доверился. После того, что случилось с ним в тумане, доверять этой девочке он мог безоговорочно. Наверное, ему она тоже доверилась, если взяла с собой. Или просто выхода у нее другого не было? Может, без него ей было бы проще и легче. Может, он для нее сейчас обуза.
– Я не знаю, где дядя Гриша. – Ее голос тоже сбивался от быстрого бега. – Боюсь, с ним случилось что-то страшное. Но я знаю, где искать Митяя. Надеюсь, что знаю. Только надо спешить, Севочка.
Севочка… Так ласково его называла только мама. А теперь вот и Татьяна. Она его – Севочка, а он ее – Татьяна. Забавно…
Они уже почти справились, почти добежали до часовни, когда из тумана им на встречу вынырнули две черные молчаливые тени. Не псы фон Клейста – овчарки охраны. Всеволод дернул Татьяну за руку, пытаясь остановить, толкнуть к себе за спину. Но она высвободилась с какой-то удивительной легкостью, заступила псам дорогу, замерла. Он тоже замер, готовый к страшному. Но страшное не случилось. Псы упали на землю, словно натолкнулись на невидимую преграду, прямо в прыжке натолкнулись. Упали, заскулили, на брюхах поползли к Татьяниным ногам.
– Они не виноваты, – сказала она шепотом. – Не виноваты, что у них такие хозяева. Пойдем!
Теперь уже она схватила Всеволода за руку, потянула за собой. Псы остались лежать на земле.
В часовне было светло, насколько это вообще возможно поздним вечером.
