Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Раздел Chitat.online для книги «Гремучий ручей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Во время оккупации небольшого города горожане сталкиваются не только с ужасом войны, но и с чем-то необъяснимым и зловещим. Страх, ненависть и тайна переплетаются в истории о выживании и борьбе за человечность в самые мрачные времена.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
С виду шалопай, вор-рецидивист, разбойник с большой дороги, а глубже копни, много там всего в его душе. И хорошего, и плохого. Вчера на его глазах любимую жену убили, а сегодня он уже острит и версии выдвигает. И, кажется, что нет у него вообще души. А на самом деле есть, только боль свою он научился прятать не хуже, чем сама Ольга.
– Гринечка, не могу я сейчас этим заниматься. Есть у меня свои дела. – Получилось, словно бы она перед ним извиняется. Хотя в первый же день предупредила, что каждый из них сам по себе.
– А вы своими делами и занимайтесь, тетя Оля, – сказал Григорий и взял ее под ручку. – Проводите меня к оранжерее, проверьте, как работа делается, а по пути поговорим. У меня для вас тоже кое-что интересное есть. Из разряда непознанного…
Так, под ручку, они и вышли на парковую дорожку. Со стороны – тетушка и любящий племянник, а на самом деле – сообщники, заговорщики.
– Я тут кое-что услышал от немцев.
– Услышал?
– Ну, к языкам у меня всегда расположенность была. Вы ж знаете, тетя Оля.
Была. Она сама его немецкому и учила.
– Вот я и услышал. Видали, на воротах они все такие… – Григорий прищелкнул пальцами, – встревоженные. А все почему?
– Почему?
– Потому что ночью одного из часовых утащили в чащу. Уже утром неподалеку нашли то, что от него осталось. Рожки да ножки…
– Тварь утащила? – спросила Ольга, невольно переходя на шепот.
– Было бы логично, вот только второй часовой утверждает, что это был мой предшественник.
– Гюнтер?..
– Он самый. Гюнтер, которого тварь поранила, а помирать он пришел к хозяевам, как верный пес. Фон Клейст, как я погляжу, даже о своих собственных псах не особо печется, велел закопать Гюнтера тут недалече. Его и закопали да, видно, не особо глубоко. – Григорий замолчал, задышал тяжело, со свистом. Нелегко ему давался этот рассказ, помнил о том, что и Зосю его тоже закопали…
– Гришенька… – Ольга погладила его по руке.
– Не надо, тетя Оля. Все нормально со мной. А вот вы подумайте над моими словами.
– Что подумать?
– Что плодятся они… упыри эти. Сначала Зося, теперь Гюнтер.
– Плодятся… – С этим не поспоришь. Да и зачем спорить с тем, что неоспоримо? – А откуда ты все это узнал?
– Солдаты у Шуры завтракали, обсуждали ночное происшествие, а я под открытой форточкой решил постоять. Мало ли…
– Гюнтера нашли? – спросила Ольга.
– Нет, но сегодня фон Клейст собирается на охоту.
– Вечером?
– Почему вечером? Говорили, что днем. Как думаете, тетя Оля, упыри днем что делают? Спят, небось, в своих норах? Вот он его тепленьким в норе и возьмет. Собачек своих еще на охоту прихватит для верности.
– А солдат?
– А солдат, говорят, с собой не берет. Они этому факту, кстати, сильно радовались. Никто не хочет сейчас даже за ворота усадьбы выходить, не то что охотиться.
