Автор
Летом 1816 года за Лондонскими пределами разбойник наблюдал через рогатую луну, ожидая своей очереди на казнь. Темнота ночи лишь подчеркивала его замкнутость и одиночество, как будто мир отвернулся к нему спиной. На его плечах носил маску из теней, скрывая истинную природу - частью грешной, частью святой....
Может быть, ей не следует ехать?
Но она не может упустить такую возможность! Трис ждет ее!"
"Крессида взглянула на часы, затем схватила тонкий синий шелк, который служил ей чадрой на маскараде, обвязала его вокруг шляпки и опустила на лицо. Иногда леди надевают вуаль, когда должны ехать в открытом экипаже.
Все окрасилось в синий цвет, и ей было плохо видно, словно ей опять завязали глаза, как при похищении. Она подняла вуаль, затем схватила свои очки. Крессида никогда не носила их на людях, значит, они еще больше изменят ее облик.
В последний раз обежав взглядом комнату, девушка взяла коробку, бросилась вниз по лестнице и вышла из дома. Она знала, что ее жизнь никогда уже не будет прежней.
Крессида заставила себя не спеша идти к месту встречи, молясь о том, чтобы не встретить знакомых.
Она повернула на Хейз-стрит и увидела Триса. Вернее, увидела его спину и великолепный экипаж. Девушка заколебалась на мгновение, но затем поспешила к нему.
Ее мягкие подошвы не издали ни звука, и он вздрогнул, когда она сказала:
– Я здесь.
Наверное, он тронул поводья, так как лошади дернулись, и ему пришлось успокаивать их. Затем он протянул девушке руку в перчатке и втащил ее на сиденье.
Она не могла понять, удивился он, обрадовался или заволновался.
– Шляпная коробка? – спросил он.
– Я подумала, что должна взять с собой немного вещей. В том числе статуэтку. Может, нам удастся подменить ее.
– А! Это хорошая мысль. Готова?
«Я не знаю!» Крессида опустила на лицо вуаль, радуясь, что может скрыть выражение лица.
– Готова, – сказала она.
Трис хлестнул лошадей длинным кнутом, и они отправились в путь.
Вскоре они догнали телегу, груженную огромными тюками. Телега ехала медленно и занимала почти всю дорогу. Экипажи, ехавшие навстречу, мешали обогнать телегу, и Крессида была в отчаянии. Эта задержка была для нее невыносима.
Вдруг Трис сказал:
– Держись.
Крессида слишком поздно поняла, что он имел в виду, и попыталась схватиться за поручень, в то время как экипаж рванулся вперед и пронесся мимо телеги, использовав небольшой зазор между каретами.
– Все в порядке?
Крессида оторвала взгляд от зданий, мелькавших за окнами кареты.
– Мы можем ехать помедленнее? – Ее голос звучал испуганно.
Они только что объехали яму на дороге с пугающей беспечностью.
