Автор
Ия ощущала прилив адреналина даже в обычном капучино с любимым пирожным в кафе. Опасаясь разоблачения, она мучительно старалась не поднять глаза, боясь столкнуться со взглядом своего жениха. За окном падал весенний дождь, напоминая о безмятежности за外墙之外的世界。
Кира удивилась, когда увидела, как за ошейник ведут огромного ротвейлера, заводя его по боковой лестнице, где не было народа.
— Это вообще нормально? — указала на него Андрею.
— Пес хозяев этого комплекса отдыха. Тут, говорят, проходят нелегальные бои без правил и даже есть казино. Вообще, все развлечения на самый толстый кошелек. Огромная территория, уединенные домики с баней, зимой катаются на снегоходах, охота, рыбалка.
— И все это крышует мэр? — Кира улыбнулась, словно в криминальный триллер попала.
— Даже не могу сказать, кто, думаю, мэр — это мелкая сошка, хотя вот и он, смотри, с грудастой блондинкой.
— Жена?
— Не знаю, — Андрей пожал плечами и снова дольше, чем нужно, задержал взгляд на Кире. — Но самая красивая девушка здесь ты.
— Скоро будет и самая пьяная.
— Держись меня, буду носить на руках.
Кира засмеялась, отпила глоток шампанского, но вот знакомая фигура мелькнула между гостей, она замерла, напряглась. И почему она так опрометчиво предположила, что этого человека здесь может не быть?
— Кира, позволь тебя познакомить.
Андрей дотрагивается до девушки, разворачивая за талию, а в Киру сразу впивается оценивающий взгляд, от которого спину сковывает льдом.
— Кельман Артур Эдуардович, владелец корпорации «КельФарм».
— Мы знакомы, — Кира снова сделала глоток шампанского, позволяя Андрею обнять себя за талию. — Я смотрю, Артур Эдуардович, у вас новая надувная кукла, вот это как раз ваш формат.
Кельман лишь поджал губы, чуть склонил голову, рассматривая Киру уже более пристально с ног до головы.
На локте Кельмана висла пышногрудая барышня, не сказать, что страшненькая, но слишком много косметики и блеска на полных губах. А Кельман за год сдал, похудел, осунулся, но все тот же надменный взгляд хозяина мира.
— А вы, госпожа Демина, все так же остры на язычок. Жизнь ничему не учит?
Кира сжала бокал пальцами, даже не боясь, что он сейчас треснет, Михайлов ничего не понимал, нахмурился.
— Ну, отчего же. И жизнь научила, и учителя хорошие. Мне попались лучшие «твари» своего дела.
Господи, обнаглела так, что совсем страх потеряла, а ведь раньше ладони потели от взгляда этого мужчины. А теперь ей что, терять нечего?
— Прекрасно выглядите, а мне докладывали другое.
