Автор
Ия ощущала прилив адреналина даже в обычном капучино с любимым пирожным в кафе. Опасаясь разоблачения, она мучительно старалась не поднять глаза, боясь столкнуться со взглядом своего жениха. За окном падал весенний дождь, напоминая о безмятежности за外墙之外的世界。
Мужчина смотрел все так же, лишь слегка постукивал пальцами по белой папке, которая лежала на краю стола, и Кира вообще не сразу ее заметила.
— Уважаю вашу позицию, Кира Витальевна, я, конечно, не Ян, не имею такого шикарного тела, как у моего сына, такого темперамента, напора и вырывающейся наружу страсти. Но могу дать вам гораздо больше, чем он.
— Нет.
Киру начинал раздражать этот разговор, ее покупали, как лошадь, предлагая лучшую сбрую, красивую попону, сухое стойло и доброго хозяина. Этот мир реально катится в бездну.
— Хорошо, а как же ваша мечта?
— Какая мечта?
— Свое агентство, студия, уроки для детей.
— Я не поняла, вы меня покупаете?
— Предлагаю альтернативные методы решения нашей проблемы.
— Проблемы? У меня нет проблем.
— Это их пока нет.
— Вы мне угрожаете? Я не понимаю, что я здесь делаю и о чем мы с вами пытаемся говорить.
— Я хочу, чтобы вы прекратили эту любовную связь с моим сыном. За это я воплощу в жизнь вашу мечту. Лучшее помещение в центре, состоятельные клиенты, любую сумму на первый старт совершенно безвозмездно.
Теперь Кира, открыв рот, смотрела на мужчину, сидящего перед ней, и охреневала еще больше. Интересно, в чем отличие между шлюхой и продажной шлюхой? Нет, сейчас не шлюха, а содержанка.
— То есть сначала вы мне предложили стать вашей любовницей, одной из тех безмозглых силиконовых кукол, которые просто стоят рядом с мужчиной, кивают головой, а потом их трахают в эту голову, сливая сперму. И вас не смутило то, что я встречаюсь с вашим сыном.
— Слишком грубая интерпретация, но если вам угодно, да, это так.
— Я просто хуею от вас.
Кельман замолчал, это лучшее, вообще, что он мог сделать. Принесли его заказ, но он махнул официанту, чтоб тот не мешал. Облокотился локтями о стол, выражение лица моментально изменилось, от ленивого созерцания не осталось и следа, сейчас он был хищником, оценивающим, с какой стороны лучше впиться зубами в кусок мяса.
Последняя фаза, брошенная Кирой, была явно лишней. Но за кого он ее принимает?
— Девочка, ты же знаешь, что я могу раздавить тебя одним пальцем. И никто не поможет, никто не придет на помощь. Ты ведь не думаешь, что я допущу развитие вашего с Яном романчика? Нет, не думаешь? И правильно делаешь. В его жизни таких, как ты, будут сотни, я верю, что мальчик увлечен, ему интересно и любопытно, как это — быть с женщиной старше себя на десять лет.
