Я хватаю ее за руку, и буквально втягиваю в свою спальню.
— Я голодна — выпятив вперед подбородок, говорит она. А ведь верно, я ни разу не видел ее принимающей пищу. Глоток шампанского на юбилее отца не в счет.
— Ну, тогда, сейчас пойдем завтракать — я скидываю полотенце с бедер, оставаясь, в чем мать родила, и с интересом наблюдаю за ее реакцией.
— Вы считаете такое поведение в моем присутствии уместным? — вспыхивает Кэт, покрываясь неровными, красными пятнами. Смешно.
— Я считаю, что в своей комнате, я могу делать, что моей душе угодно, и купленная мною игрушка, никак не может мне в этом помешать — издевательски говорю, видя, что ее сейчас просто разорвет от злости.
— Вы чем — то недовольны, Кэт?
— Нет, хозяин, все в порядке — с трудом выталкивает она слова.
— Завтрак нужно заработать, куколка — ухмыляюсь я, чувствуя, как мой член напрягается.
Я медленно подхожу к ней и заставляю обхватить его рукой. Она замирает, и я помогаю ей. Двигаю ее сомкнутую на моем члене ладонь вверх и вниз. Она смотрит на меня испуганно и обреченно — Давай девочка — стон врывается из груди, а в глазах начинают плясать мушки.
Возьми его в рот.
— Нет — выдыхает Кэт, глядя на меня расширившимися от страха глазищами.
— Деньги я плачу за услугу, так, что будь любезна выполнять мои приказы — ухмыляюсь.
Она послушно опускается на колени и принимает мой орган в горячие объятия своих губ, от чего мне хочется кричать. — Ах ты, маленькая шлюшка хриплю я, зарываясь пальцами в ее волосы, и начинаю скользить в ее рту, понимая, что долго не выдержу.
Она отвечает, сначала слабо, неохотно, а потом начинает вращать языком, заглатывая член все глубже и глубже.
— Сука — уже не сдерживаясь, кричу и вбиваюсь в ее глотку, так глубоко, насколько это возможно. — Давай, Кэт, не останавливайся — уже стону, чувствуя, что сейчас кончу ей в рот. Оргазм, горячей волной накрывает меня, так, что я теряю всякую связь с этой гребаной реальностью.
Кэт обмякает и начинает кашлять, подавившись моим семенем, но я все еще держу ее за голову, не давая выпустить мой член из влажных, горячих ее губ.
— Браво, детка. Ты невероятно быстро учишься — отдышавшись, говорю, стараясь придать голосу небрежности — Думаю, что эту неделю мы проведем весьма не дурно.
— Ты, животное. Я все больше и больше в этом убеждаюсь — отвечает она, и пошатываясь бредет в ванную, откуда я, почти сразу, слышу сдавленные рыдания, перемежаемые звуком льющейся воды. Когда она возвращается, я уже собран, жду ее.
