Автор
— Внутри квартиры тепло и уютно, как домашний очаг, но за окном темнота непроглядная. Мам не может найти сына Рамиля — муж забыл его дома после долгого отсутствия. Тension: Солнечный свет проникает сквозь тонкие стекла, символизируя надежды на встречу с отцом.
"Лена Голд
Грешник. Моя навеки
Глава 1
— Мам! Ну где папа?! — сын тянет меня за подол платья, капризничает. И я его прекрасно понимаю.
Рамиля нет сутки. Точнее, он есть, но Сашка его не видит. Муж приезжает поздно ночью, а утром в шесть снова уезжает.
Сын привязан к отцу не на шутку. Раньше Рам часто устраивал отдых, днями сидел с ребенком. Возил нас куда только душа наша пожелает. А если конкретнее... Сашкина душа.
Солнце бьет в лицо, отчего я злюсь еще больше. Не могу нормально смотреть на сына, вытереть его слезы.
— Ну ты чего опять начал? — опускаюсь на корточки рядом. — Приедет он. Обещал вчера.
— Тебе обещал! А не мне! — скрещивает руки на груди и смотрит на меня в упор исподлобья. Даже губы обиженно надувает.
— Пойдем на качелях тебя покачаю, а? — улыбаясь, киваю в сторону сада. Беру сына за маленькую ладошку, но он ее сразу выдергивает.
— Не хочу я! Гитару обещал починить! Или новую купить! Обманул он меня! Обманул! — шмыгает носом несколько раз подряд.
Прикрываю на секунду глаза и сглатываю подступивший к горлу невидимый комок, который душит. В области сердца становится тяжело. Облизываю пересохшие от нервов губы, кусаю нижнюю до крови. Не знаю, как успокоить ребенка. Рамиль обещал... Он действительно обещал приехать вовремя и провести время с сыном. Обещает он и вчера, и позавчера. Но его нет... Нет его, и точка!
— Может, в комнату пойдем? С игрушками поиграем или порисуем что-нибудь? — последняя попытка.
— Нет, — качает головой.
Резко выпрямляюсь. Иду к лавочке и сажусь прямо перед солнцем, хоть и умираю от жары. Больно...
Что-то снова в нашей семье происходит. Как больше пяти лет назад. Поднимаю голову к небу, чувствуя подкатившие к глазам слезы. Сглатываю.
Боже... Спокойную жизнь хочу. Без ссор, конфликтов и врагов. Пожалуйста...
— Мам, мам! — сын сжимает мой большой палец, тянет к себе. — Ты что, плачешь? Не надо.
Малыш смотрит на меня умоляющим взглядом. Боль в области груди становится невыносимой. Черт возьми! Рамиль, что ты с нами опять делаешь?
— Обещаю, мам. Больше не буду. Пойдем в комнату? — его брови ползут вверх. Он ждет от меня ответа, который я не в силах выдавить из себя.
— Пойдем, — отвечаю, тяжело сглотнув.
Маленькие пальцы переплетаются с моими. Не спеша поднимаемся на верхний этаж.
— Я в вашу комнату хочу.
