Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
Ленка снова смеется и жадно уплетает десерт.
Ей так хочется верить, что она все равно лучшая, что даже моя шитая белыми нитками попытка просто слить разговор, проходит «на ура».
— Я съезжаюсь, — говорит она через минуту. — На этот раз уже окончательно, с прямой дорогой в ЗАГС.
На несколько секунд мне становится нечем дышать, как будто одним нажатием на рычаг перекрыли доступ кислорода мне в легкие.
Я знала, что рано или поздно она что-то такое ляпнет о нашем с ней «одном на двоих».
Знала и даже старательно готовилась отыграть счастье, радость и что там еще полагается.
И все равно эта новость накрывает меня с головой, как волна, топит, заставляет барахтаться как мышь в молоке.
Они съезжаются.
И в ЗАГС.
Бриллиант от «Тиффани» проворачивается и царапает соседний палец, как бы напоминая, что я тоже туда собралась. Причем, наверное, даже раньше, чем «сладкая парочка».
— Ну… поздравляю, — пытаюсь изобразить вежливую радость. По крайней мере, это нормально — после стольких раз, когда я «откачивала» ее после разрывов с моим Призраком, ничего удивительного, что я скептически отношусь к их очередному романтическому кино.
То есть, он ее Призрак — не мой.
И всегда принадлежал ей.
— Я знаю твое отношение к нашим с Димой «качелям», но на этот раз все серьезно.
Я жмурюсь, как от крепкой оплеухи.
«Зачем ты назвала его по имени сейчас?»
— Дима, — зачем-то повторяю я. Имя горчит на губах, как испорченный перележавший авокадо.
Ленка вопросительно на меня таращится.
— И… когда идешь прощаться с холостой жизнью? — А что еще мне спрашивать? Где они будут жить? Сколько детей планируют?
— Во вторник подаем заявление, — она довольно скалится, совсем как самая противная девочка в группе детсада, которой удалось отвоевать лучшую куклу.
— В этот вторник? — Сегодня воскресенье. И как бы я не пыталась пересчитать дни, получается, что это… послезавтра.
— А чего тянуть кота за хвост. Помнишь, ты говорила, что мужчине просто нужно дать понять, чего хочешь, а он должен или принять решение и остаться или валить на все четыре стороны.
Я снова бросаю взгляд на часы, резко отодвигаю десерт, к которому так и не притронулась, и встаю из-за стола.
Как в тумане, практически наощупь, нахожу на вешалке свое пальто.
