Автор
Ночью выхожу на пробег, под меланхоличный свет озера. Вот так всегда начинается новое начало: разбитый автомобиль, душевные раны, но надежда — что-то позитивное вижу я каждый день. Власть эмоций уступает место холодной прозорливости, и это вызывает странную радость.
Гарик отвечает примерно через час: пишет, что у него тоже изменились планы — и он как раз не знал, как сказать об этом, чтобы не обидеть. И что кольцо он не заберет, а носить его или нет — мое личное дело.
Даже немного жаль, что я так и не узнаю глубину корней его родословной. Такие мужчины — штучный товар в наше время. И, пожалуй, в этом-то вся проблема. Это как дорогая богемская ваза в серванте у бабушки: куплена на последние деньги еще во времена застоя с одной единственной целью — провести за стеклом всю свою жизнь и никогда не быть использованной по назначению.
Когда приезжаю на работу, у меня уже есть пара сообщений от Призрака.
Я так отвыкла от наших разговоров, что жадно, как ребенок, вчитываюсь в каждую букву.
ПРИЗРАК: Доброе утречко, Ванилька!
ПРИЗРАК: Как там продвигается твое героическое покорение карьерного Эвереста?
Мне кажется, самое время сказать ему, что очень даже успешно, и если все пойдет в том же духе, наверное, наше время ожидания можно будет скостить до марта.
То есть, до моего возвращения из командировки в Австрию, после которой я, наконец, получу окончательный вердикт — останется ли должность за мной или «ТриЛимб» будет подыскивать более опытного директора по персоналу.
Но, может, не стоит торопить события? Потом, когда место будет за мной (я самоуверенно стараюсь даже не сомневаться в этом), я просто напишу моему виртуальному мужчине, что готова увидеться с ним в любое время дня и ночи, на любой территории.
Эти мысли грызут меня еще несколько минут, пока в кабинет после легкого предупреждающего стука не входит моя помощница.
— Мария Александровна, Новиков просит вас зайти. — При этом она всем видом дает понять, что эту просьбу генеральный директор передал далеко не в лучшем распоряжении духа. На мой вопросительный взгляд шепотом добавляет: — Там еще эСБэшник.
Понятно, что не рядовой, а начальник службы безопасности.
Очень странно.
Почему генеральный меня то и дело дергает, я знаю — до сих пор не может простить, что отказалась выпить с ним кофе.
Я на ходу допиваю кофе и захожу в малый зал для совещаний, где меня уже ждут двое мужчин. Новиков взглядом предлагает присесть, но я упрямо качаю головой.
