В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
— Сколько тебе лет?
— Девятнадцать!
— Большинство волчиц теряют девственность в шестнадцать-семнадцать лет! Луна пробуждает вашу чувственность очень рано! — с жаром проговорил Демьян, ещё до конца не доверяя открывшимся фактам.
Но кто бы знал, как они были заманчивы…
— Ну, так я фригидна, — просто ответила Мария, пожала плечами, и, наконец, подняла заплаканное лицо.
Демьян громко выругался.
Вид её слёз оказался ударом ниже пояса. Он не до конца помнил, что творил и испытывал, будучи ассасином демонов, но в жизни вампирского мужчины слезы не особо трогали его.
Ни одна любовница не была в состоянии разжалобить его слезами.
С Марией всё было иначе. Он предполагал, что так может оказаться.
— Почему ты плачешь? — задал он самый глупый вопрос, который только может спросить мужчина, когда видит слезы дорогой женщины.
— Потому что у меня сдают нервы, Демьян. Я не железная. И вопреки расхожему мнению многие девушки-оборотни не обладают сильными волевыми качествами.
— Тебя трудно назвать обычной женщиной, Мария, — хрипло ответил Демьян, рана на кадыке ещё периодически давала о себе знать. — И ты никак не фригидна….
Мария шмыгнула носом и снова вытерла слезы.
— Ага, не фригидна. Ты сам только что сказал, что среди оборотней нонсенс оставаться девственницей до девятнадцати лет! Я и целоваться-то толком не умею! Потому что никого из мужчин не желала подпускать к себе!
Если бы кто Марии ещё вчера сказал, что она будет изливать свои тайные страхи перед Демьяном Даровым, она бы усмехнулась, и сказала, что он её с кем-то перепутал! Она никогда не доверится ни одному вампиру!
А для Демьяна главным прозвучало лишь одно слово «не желала»….
— Тебе не приходило в голову, что тебе попадались на пути не те мужчины? — с каждым словом его голос становился всё глуше."
"— Приходило.
— Смог пробудить твою чувственность! Маша, ты мне сегодня отвечала! И сама признавалась, что тебе нравятся мои прикосновения!
— Это ничего не значит, Демьян! — закричала Мария едва не в полный голос.
