В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
— Ты тоже проходил через ломку?
Демьян не весело улыбнулся.
— А как же….Проходил.
— И?…
— Я не придумал ничего лучшего, как убить себя.
Мария вздрогнула и пролила немного красноватой жидкости на себя. Но она даже не обратила на это внимания, шокированная его словами. Ей и в голову не могло прийти, чтобы Демьян Даров, сильный волевой мужчина, предпринял попытку убить себя.
— Ломка была такой сильной? — почти неслышно спросила она, и опустила голову.
— Кому как…. На тот момент мне легче было убить себя, чем испытывать постоянную раздирающую изнутри боль.
Вот тут Марии стало по-настоящему дурно, и она залпом осушила бокал с вином. Поперхнулась, но быстро пришла в себя, и закусила клубникой.
— Вот откуда у тебя этот шрам….
— Было дело….Но я не рассчитал свои силы, на тот момент я сильно ослаб.
Глава 17.
Воображение Марии живо нарисовало картину раненого Демьяна, и она поняла, что никогда, ни при каких обстоятельствах не желает видеть его окровавленным, на пороге жизни и смерти.
Она задрожала.
— Я тебе это рассказал, чтобы ты хотя бы немного понимала, что может происходить с Анной, — продолжил Демьян будничным тоном, и по инерции наполнил Марии бокал заново.
Но та уже отставила его в сторону и, сменив положение, встала на колени. Её глаза неотрывно смотрели на область шеи Демьяна. Тот, заметив её взгляд, нахмурил брови:
— Маша, ты сейчас совершаешь ошибку — не надо меня жалеть.
— Я не жалею…, - её голос отличался от обычного, появились нотки опьянения, и лицо смягчилось, на нём отразилась нежность. — Ты не тот мужчина, которого можно жалеть….Наоборот….Знаешь, о чем я подумала, когда первый раз пришла тебя кормить? Что ты очень сильный…
Она покачнулась, но ей удалось сориентироваться, и она ухватилась за край столика.
— Ой…
Слова Марии взорвали Демьяна изнутри. Её признание подействовало на него похлеще самого крепкого спиртного.
— Волчица…., - его голос предупреждающе охрип. Он давал понять, что ей следует остановиться.
Он понимал, что она говорит под действием алкоголя. Всё-таки ему не стоило подливать ей крепленного вина.
