В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
Она доносилась со стороны зала, уточнять, кто мог веселиться в столь ранний час, Маша не стала. Она поднялась на второй этаж и быстро преодолела расстояние до комнаты Демьяна.
Коротко постучав, вошла.
И снова её сердце предательски дрогнуло.
На этот раз Даров ждал её, стоя около окна. Его высокая фигура отчетливо вырисовывалась на фоне просыпающегося дня. Теперь комната была освещена не свечами в канделябрах, а тусклым светом двух торшеров. Его оказалось достаточным, чтобы Мария более четко рассмотрела Демьяна.
Она оказалась права, он был высоким, метр девяносто пять, а то и два метра. Коротко подстриженные волосы, по-военному, «ежиком», такая прическа была не свойственна мужчинам-вампирам, те предпочитали носить длину волос по плечам.
У него были широкие плечи. Были, потому что сейчас выпирали лопатки и ключицы. И подразумевалась широкая спина. Он был облачен в длинный шёлковый халат, который не мог скрыть его измождённости.
В горле Марии образовался ком, и она с усилием его сглотнула.
Она прочистила горло и сразу перешла к делу:
— Я не позволю тебе повторить вчерашнее.
Ей показалось, или его спина напряглась сильнее?
Он ответил не сразу, и девушка сначала решила, что он снова не удостоит её ответа, а когда он заговорил, по её телу пробежали мурашки.
— Ты не позволишь мне пить свою кровь?
Его голос отличался хрипловатостью, был низким, рокочущим. Маша впервые слышала столь глубокую интонацию, и она привела её в непонятное волнение, которое она списала на предстоящее кормление.
— Нет, я имела в виду…, - начала говорить она, но замолчала, поняв, что не в состоянии вслух произнести про сексуальный подтекст его действий.
Демьян Даров обернулся.
Мария прикусила нижнюю губу, чтобы снова не выдать себя и не опозориться. Лицо мужчины по-прежнему отличалось бледностью, но сегодня оно уже не походило на череп, обтянутый кожей. Очень сильно выделялись глаза — большие, темные, с легким прищуром.
— И что ты имела в виду? Уточни, — его тон звучал едва не обвиняющем.
— Я не буду кормить тебя лёжа, — быстро выпалила Мария, чувствуя, как её щеки вспыхнули. — Если хочешь пить мою кровь, мы это будем делать сидя!!!
Глаза мужчины недобро вспыхнули, и он скрестил руки на груди. Он смотрел на девушку, не отводя взгляда, и Маша занервничала сильнее.
Время остановилось.
