В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
— Что ты тут делаешь?
Недовольный голос Алисы Федоровны застал Машу посередине коридора. От удивления и неожиданности девушка остановилась, и с обидой на лице повернулась к матери.
— Мама, ты что — меня не рада видеть?
Алиса Федоровна поморщилась, заломила руки и ворчливо попыталась оправдаться:
— Нет, не в этом дело…Просто твой приезд….Разве Даровы больше не нуждаются в твоих услугах?
Не прошенные слезы навернулись на глаза Марии, и той с трудом удалось их сдержать. Вот и вернулась домой….Она не ожидала такой холодной встречи от матери.
— Я приехала на пару дней, — стараясь не расплакаться, ответила Маша и шмыгнула носом. — В воскресенье уеду.
— Странно…
— Что тут странного, мама? Создается такое впечатление, что ты не рада моему прибытию!
— Не говори чушь! Я рада, что ты приехала, — Алиса Федоровна всполошилась, поняв, что перегибает палку. — Неожиданно, вот и всё.
— Конечно.
Мария не стала развивать тему.
— Папа дома?
— Нет. Час назад он уехал в город.
— Когда вернется?
— Не знаю. Сказал, к вечеру будет, — Алиса Федоровна пожала плечами. — Ты есть будешь или тебя покормили?
И снова в голосе матери проскользнули недовольные нотки. Маша разозлилась.
— Я сама поем.
— Как скажешь. Обед в холодильнике.
— Найду.
Алиса Федоровна кивнула и отправилась во двор, оставив дочь наедине с невеселыми мыслями.
"Маша не успела подняться к себе в комнату, когда услышала отчаянный крик матери. Девушка сорвалась с места и, перепрыгивая через две ступеньки, кинулась вниз. Она видела, как мать выходила в сад, поэтому побежала в ту сторону.
Но она не добежала. Потому что в дом зашел Аркадий Игнатьевич.
И он был весь в крови.
— Папа? — от ужаса у Марии округлились глаза, и она зажала рот рукой, чтобы тоже не закричать.
Аркадий Игнатьевич устало посмотрел на дочь и не громко сказал:
— Это не моя кровь. Не надо кричать.
— Бог ты мой! Папа, что случилось? Почему ты весь в крови? Если это не твоя кровь, то чья?
Воспаленное воображение стало рисовать картину одну ужаснее другой.
— Хорошо, что ты дома, и мы можем поговорить….Подожди немного…Я отмоюсь….
