В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
Желание пить кровь девушки и одновременно обладать ею, было выше его сил. Его чресла набухали, стоило только подумать о ней.
Вспомнить, как она застонала, когда он с жадностью питался от неё…"
"А бархатистость её бедер?
Разве подобное можно забыть?
Регенерация его искалеченного тела вернулась и заработала с удвоенной силой. Чем больше он пил её кровь, тем быстрее восстанавливался и становился сильнее. Два дня он пропадал в тренажерном зале, заставляя мышцы приобрести былую форму. Он тренировался и тренировался.
Думая о Марии.
Несколько раз внутренний демон едва не сбивал его с пути, шепча, что он имеет полное право видеть её. И даже прикасаться. Разве она не в его полной власти? Разве она не из клана побежденных? Никто его не осудит и не упрекнет, если он отведает сладость её жаркой плоти.
Демьян не понаслышке знал, какими страстными любовницами могут быть женщины-оборотни. У него были партнерши волчицы, которые добровольно отдавали свои ласки.
И были пленницы.
О которых он тоже не мог забыть.
Вернувшись в этот Богом забытый мир, и в родной дом, он сначала наотрез отказывался от кормления не от вампирши. Уж лучше сдохнуть.
Проблема заключалась в том, что кровь вампирши не способна была заставить его организм регенерировать с нужной силой. Нужна была кровь оборотня. А её он пить не хотел.
Он знал, что чертог рядом. Несколько недель, максимум месяц, и всё закончится.
Но он забыл, каким упрямым может быть старший брат. Не зря тот выдернул его из Преисподней.
Не подозревая, на что себя обрекает.
И вот сейчас дочь Абашевых стояла в его объятиях, ругаясь, споря и в недоумении не понимая, что происходит с её телом. Мария оказалась права — он чувствовал изменения, происходящие в её теле. Как меняется ей запах, как по-другому начинают работать её поры, как сердце интенсивнее начинает гонять кровь.
От этого Демьяну в тысячу раз становилось сложнее.
Там, в его комнате, он чувствовал себя обязанным ей. Она жертва их победы. И он старался отгородить её от себя.
До поры до времени.
Пока его гортань не обожгла кровь Марии….
И мир рухнул для Демьяна.
Он потерялся.
Пропал.
Маленькие ладони уперлись в его грудь, и Мария прошипела:
— Я сегодня уже отдавала свою кровь. Не смей меня кусать. И отпусти, наконец! Слышишь, отпусти!
Демьян слышал.
