В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
Один его палец скользнул внутрь плоти девушки.
Мария вздрогнула и взвизгнула. Ещё не один мужчина ни разу не прикасался к ней там. И она никак не ожидала, что первое прикосновение будет столь бесцеремонным.
Палец Демьяна раздвинул складки, полностью проник внутрь и так же резко вышел из девушки.
Но сам Демьян не отпустил её. Его горячее дыхание обожгло затылок Марии.
— Ты чистая. Это хорошо. Внутри тебя нет спермы.
— Ублюдок! — снова выкрикнула Мария. С ней случилась истерика. Она потеряла контроль над собой. Теперь для неё главным было выбраться из комнаты Демьяна живой и невредимой. Их отношения вышли за пределы отношений вампира и кормилицы.
— Возможно, и ублюдок, — он чуть ослабил хватку руки и сменил положение, выпрямил девушку. Её поза была слишком большим искушением, и он не был уверен, что сможет сейчас перед ним устоять.
"— И чертов урод! — продолжала сыпать оскорблениями Мария, не задумываясь, что тем самым может сильнее разозлить его. Ей уже было все равно. Она дернулась, изловчилась, и ей удалось ударить Демьяна локтем в бок.
Но на него её удар не произвел должного впечатления.
— Решила со мной потягаться силой?
— Отпусти меня! Немедленно!
— С какой стати? — ухмыльнулся Демьян.
И он прижался к спине девушки плотнее, его удлинившееся клыки прошлись по нежной коже шеи, не царапая и не кусая, лишь давая понять, чего именно он желает. Более того, непонятно каким образом, но его халат полностью распахнулся, и теперь он прижимался к Марии обнаженным телом.
На нем были лишь плавки.
И то, что скрывали плавки, было снова увеличено.
— И не получишь! — закричала Мария, стараясь непостижимым образом отодвинуться от него. Край трюмо врезался ей в живот, но она не обратила на это внимание. Она собиралась бороться, и на этот раз она не уступит ему, и не смалодушничает!
— Уверена? — его голос прозвучал приторно-ласково.
— Да!
Марии требовалось чуть больше свободы, и тогда она смогла бы обратиться….
