В глухой комнате из-за двери слышится визгливое пение кошки, а посреди полутемной студии кривится отвратительный череп. Мария струсилась, чувствуя на себе взгляды родителей и мрачного бывшего избранника — все хотят узнать, что же притягивает молодую девушку к этому ужасному существу ночи....
А она, стоило ей оказаться свободной, покачнулась назад и неуклюже села на пятки.
— Мы договаривались на один поцелуй, — Мария не узнала свой голос. Её дыхание сбилось.
— Это не то, что я ожидал, но для первого поцелуя сойдет, — усмехнулся Демьян.
Мария вспыхнула. Ей только что сказали, что она не умеет целоваться, так получается? Ну и пусть! Ну и отлично! Зато у вампира больше не возникнет желания повторить!
— Теперь рассказывай. Я выполнила часть уговора.
Демьян сразу стал серьезным и сосредоточенно посмотрел на девушку.
— А ты готова услышать правду?
— Да. Если спрашиваю — то готова.
— Алиса Федоровна — сестра твоей родной матери.
ГЛАВА 10
Мария не знала, что она почувствовала, когда услышала заявление Демьяна. Сомнение? Страх? Облегчение? Надежду? Всё перемешалось в голове девушки.
— Сказать можно что угодно, Демьян, я хочу доказательств.
— Это правильно, — кивнул мужчина, соглашаясь с ней. — Доказательства нужны всегда. Тем более, когда дело касается близких тебе людей. Твою матушку зовут Анной.
Чем больше он говорил, тем убедительнее звучали его слова. Почему-то Мария была склонна верить ему. Пусть между ними и стояла куча недоразумений и разногласий, и прежде всего, отличие по рождению. Но было в этом треклятом вампире нечто, что выворачивало её душу наизнанку и заставляло думать, что не так страшен черт, как его малюют.
— Откуда…Откуда такие познания? Ты вампир, а мы из клана оборотней.
Демьян не весело улыбнулся, и его улыбка была больше похожа на оскал.
— Я помню, что ты из клана оборотней, Мария. И помню хорошо. А так же я помню, как храбро сражался твой отец на войне. Я уважаю Аркадия Игнатьевича, он был достойным альфой своей стаи. И остается достойным человеком. Его знакомство с Анной происходило на фоне завершающейся войны. Они были очень красивой и счастливой парой."
"Неожиданно на глаза Марии навернулись слезы, и она быстро заморгала ресницами, чтобы скрыть признаки слабости. То, как говорил Демьян, тронуло её. В его голосе на самом деле слышалось почтение и уважение к её отцу.
— Я всё равно не совсем понимаю тебя….Мне девятнадцать лет, и ни разу за все эти годы мне никто не сообщил, что у Алисы Федоровны была сестра. Никто мне не намекнул, что она может оказаться не моей матерью…
Демьян понимающе кивнул.
— Тебя жалели. А так же чтили клятву, данную альфе Абашеву.
