После поражения в войне оборотни вынуждены подчиняться победителям-вампирам. Девушки оборотней обязаны кормить их по требованию. Для Марии этот «крайний случай» наступает, когда её жизнь неожиданно переплетается с опасным вампиром. Романтический конфликт между долгом и чувством определит её...
— Папа, Анну, как и Дарова похитили демоны, поработили и …
— Маша, ты себя слышишь!? — впервые за долгие годы отец повысил на неё голос. — Ты говоришь абсурдные вещи! Какие, к чертовой матери, демоны?
Аркадий Игнатьевич не ругался, особенно в присутствии женщин был сдержан и корректен. А тут…
— Я точно не знаю! Демьян тоже особо не откровенничал, но если мы попросим….
— Мария, замолчи! Прошу тебя, замолчи!
— Но почему, папа? — по щекам девушки побежали слезы. Она смотрела на отца, у которого от напряжения выступили вены на лбу, и пыталась не обижаться на его резкость.
— Потому что не стоит доверять вампирам!
— Дело не в доверии вампирам! Дело в том, что от меня скрывали правду! И ещё дело в том, что ты не желаешь меня выслушать до конца! Я понимаю, для тебя это шок! Но если ты успокоишься….
— Нет! — и снова отец оборвал её и направился к двери.
— Папа! — с отчаянием в голосе воскликнула Маша.
— Разговор окончен! И я, надеюсь, у тебя хватит благоразумия не поднимать его в присутствии Алисы Федоровны!
— Я всё равно не успокоюсь, папа! И в свою очередь надеюсь, что ты успокоишься, и мы продолжим разговор чуть позже.
Отец ничего не ответил, и когда за ним закрылась дверь, Мария бросилась на кровать и разрыдалась.
Ближе к вечеру позвонила Оксана.
— У тебя совесть есть? — без предисловия начала она.
— С утра была, сейчас уже не уверена, — Мария вспомнила неудавшийся разговор с отцом.
— Оно и заметно! Ты дома, и мне ничего не рассказываешь!
— Да, сплетни обо мне бегут впереди меня, — невесело заметила девушка.
— Просто некоторые о тебе волнуются!
— Не заметно!
— Не паясничай! Так это правда — ты дома? Даров отпустил тебя?
И почему никто не верит, что Даров отпустил её?
— Да, отпустил.
— Таааак….Подруга, я не слышу энтузиазма в твоем голосе, — протянула Оксана.
— Если честно, Ксюш, я устала и настроение пакостное, особо не до разговоров, — призналась Мария.
Что она могла сказать подруге? Что её жизнь резко изменилась с того рокового утра, как к ним приехал человек Даровых? Это и без слов ясно. А рассказывать про её мятежные отношения с Демьяном и новостью о матери, Мария ещё была не готова.
— Ты там случаем не заболела? — игривые нотки пропали из голоса Оксаны. — Депрессия и прочее. Я могу приехать к тебе.
— А как же домашний арест? Разве тебе супруг не наказал, чтобы ты одна никуда не выходила?
— Ой, точно! Я совсем забыла….
— Оксана, давай встретимся после полнолуния, когда страсти поутихнут, и в стаях будет поспокойнее.
