Кого-то убьют или кинут на нары, а кое-кто уцелеет и рассчитается с ним. У того уголовника, главного среди всех, взгляд беспощадного убийцы. Этот взгляд уже снится ему по ночам. Он боялся мерзавцев, но так же сильно и ненавидел их. Поэтому отлично проделанная работа впервые не доставила ему удовольствия. С какой бы радостью он уничтожил папку, которую держал в своем кейсе! Но этого он не сделает... не может сделать.
А если все же набраться решимости да пойти наперекор бандитам?
Рука, держащая ключ, зависла в воздухе, чуть-чуть не дошла до замочной скважины.
Нет-нет, рисковать семьей нельзя. Завтра вечером он передаст информацию тем, кому она предназначена.
Григорий Афанасьевич открыл дверь в свою квартиру. И сразу же приятно защекотал нос запах жареного лука и мяса. Жена, как всегда, приготовила что-то очень вкусное.
– Гриша, а у нас гости, – подставляя ему щеку для поцелуя, весело сказала она.
– Кто? – разуваясь, поинтересовался он.
– Твой старый друг. Вы с ним вместе в армии служили.
– Валентин! Валентин Афонцев, вот кто!
– Афонцев?! Валентин?!. Знать такого не знаю. Ты что-то путаешь.
Или ее кто-то путает...
И тут из комнаты с четырехлетней Оленькой на руках вышел тот самый ублюдок, который заставил его работать на себя. Только на бандита он сейчас не очень-то походил. Дорогой двубортный костюм на нем, белая рубашка, галстук. Волосы тщательно уложены, взгляд приветливый. Аккуратный такой, ухоженный дядя как минимум с университетским образованием.
– Григорий, неужели ты не узнаешь меня?
На лице гостя огорчение. Ну как же ты, брат, не узнал старого армейского друга! А где-то в глубине притаилась издевка. Ну что, мол, не ждал? А я ведь мог и не просто так к твоей жене прийти, а с удавкой...
– А-а, это ты! – с трудом пошевелил пересохшим языком Обухов. – Извини, брат, не сразу узнал...
Ему стало не по себе. Он даже не мог найти в себе силы возмутиться столь вопиющей наглостью, с какой этот негодяй вторгся в его квартиру. Этот подонок не просто бандит, он сущий дьявол.
Жена накрыла в комнате стол. «Валентин» прочно вошел в роль армейского друга и даже не пытался отказаться от ужина. Григорий Афанасьевич не возражал. Напротив, он вел себя как радушный хозяин. Гость помалкивал, изредка улыбался, а он развлекал его: рассказывал интересные истории, шутил, травил анекдоты. И, конечно же, подливал ему водки.
Наконец гость поблагодарил его за гостеприимство и стал прощаться. Григорий Афанасьевич вышел за ним в прихожую.
– Вот, у меня уже все готово.
Он отдал в руки гостю кейс с драгоценной папкой.
– Если все пройдет гладко, получишь бабки. – Презрительный взгляд «Валентина» проникал в самую душу и словно выворачивал ее наизнанку. – А если нет, я приду за твоей женой и детьми.