Стало ярче понятно, на чем держится власть бояр: они не просто надуются своими силами и богатством, но и способны в буквальном смысле убивать. В этот раз Кучка решил испытать меня как потенциального конкурента. Но я показал, что могу противостоять любым тяжким обстоятельствам. Гридень 3. Экспансия — это продолжение о том, как обычный человек выживет в мире безжалостных бояр и войн....
Пришло понимание, что, если не совершу попытку вылезти из ямы, то могу и околеть. Не расщедрились половцы дать мне соболью шубу, кинули какие-то бесформенные шерстяные материи, в них и кутаюсь. Если еще часа два назад этого утеплителя хватало, чтобы чувствовать холод, но терпеть его, то еще немного времени и я начну получать обморожение конечностей. Неужели этого не понимают те, кто меня сюда скинул? Можно же было просто добить, когда я был без сознания, а не извращаться.
— Эй, руса, жива? — услышал я голос сверху.
Не думал никогда, что голос половецкого воина будет у меня вызывать столько положительных эмоций.
— Передай своему командиру, что я скоро просто замерзну. Если хотите меня убить, то дайте умереть от оружия, — выкрикнул я.
— На, руса, живи! — сказал кипчак и скинул в яму большой узел.
Я немедленно принялся его развязывать. Внутри была меховая шапка, халат с меховыми вставками и… что-то похожее на унты. Немного еды и даже небольшой кожаный бурдюк, видимо, с водой.
— Эй, ты еще там? — опомнился я, решая попробовать узнать о своей участи.
— Хан велела учить тебя. За бить ханских воинов сидеть тут, — сказал половец, закрывая яму не только решеткой, но и накрывая ее тканью, оставив лишь небольшой просвет, чтобы поступал воздух.
Наступила практически кромешная тьма. Да, психологически неподготовленному человеку в таких условиях пришлось бы очень тяжело. Однако появилась надежда на вызволение. Если меня решили лишь проучить, то должны когда-то, но освободить.
— Влад! — сквозь сон услышал я.
Открыв глаза и не увидев ровным счетом ничего, в первый момент я подумал, что голос, зовущий меня, приснился.
— Влад! — с некоторым раздражением и громче, чем ранее, меня снова позвали.
— Кто ты? — спросил я, вставая и запрокидывая голову вверх.
— Я от Лешко, — отвечал незнакомый мне голос.
До того, как я уснул, я был уверен, что смог бы и без веревки вылезти, но сейчас ноги затекли и уверенности в том, что получилось бы самостоятельно выбраться, не было. А по веревке, конечно, выберусь. Руки у меня сильные, выдюжу. Об этом с уверенностью я и сказал незнакомцу.
Не веревка, а, наверное, целый канат ударил меня по голове, когда его скидывал в яму мой вызволитель. Сразу вспомнилось о том, что голова у меня больная.
