Автор
В Африке бежали вперемешку со странной техникой. Птица нервно взмывала над обширным лесом, показывая, что контролировать пространство стало труднее. Но дрон лишь погибал, и это было несправедливо для летчика, который знал, как важно следить за местностью.
Память накатывает, словно морские волны в безветрие, по чуть-чуть и с перерывами. И, да, я уже не могу, да и не стараюсь, разграничивать личности. Создается нечто новое… Держись средневековый мир, нынче еще тот раздражитель мироустройства рождается!
Надеюсь, что именно так и будет, потому что карьера одного из дружинников отвергнутого князя — это не предел моих устремлений. Но и в ратниках походить нужно. Осмотреться, найти варианты, да и понять, что вообще можно сделать с этой Россией, Русью.
А то, что делать что-то нужно, факт.
От буйства мыслей начала болеть голова и я решил, что можно немного повременить с тем, чтобы составлять план «как изменить мир». Нужно лишь добавить, что мечты должны быть либо безумными, либо нереальными, иначе это просто планы на завтра.
Я сидел на окраине лагеря князя и смотрел вдаль. Красиво, ничего не скажешь. Красота здешняя, это катарсис для человека из будущего, который знает, что полюбуется вот этим всем, получит удовольствие, а после поедет домой, в теплую постель, с ванной, унитазом, мультиварками и с интернетом, где можно заказать хоть еду, хоть собеседника, скорее, собеседницу.
А вот так, когда нет вех благ цивилизации, эти нетронутые пролески, начинающаяся степь, заболоченные заводи, речушки — это проблема.
— Где он? Где сын того татя? — крик со стороны центра лагеря выбил меня из размышлений.
Я насторожился и передвинул на поясе чехол с ножом поудобнее.
— Убить его потребно, и делов! — не унимался мужик.
