— Тогда он такой же идиот, как его сын.
— Это не так, — тихо возразил Корин, глядя на Лизу. — Бертос столь же умен, как и опасен, а его женщина еще хуже.
Корин удивленно взглянул на нее.
— Почему ты считаешь, что она более опасна, чем Бертос? — потребовал ответа Грим.
— По-моему, я сказал достаточно, — Корин выпрямился во весь рост. — Когда я буду казнен?
— Если это именно то, что ты хочешь… — Грим взглянул на Алджера.
— Это так, Корин? Это то, что ты хочешь? — спросила Лиза воина. — Остаться в памяти, как воин, который опозорил не только своего господина, но и Короля? Мужчиной, который предпочел бы изнасиловать, а не защитить. Ты думаешь, это позволит сохранить твоего брата в безопасности?
— Вы ничего не знаете о Мабоне!
Все трое мужчин двинулись, когда Корин подскочил к ней. Она отмахнулась от них.
— Я знаю, что ты его любишь. И знаю, что ты пытаешься его защитить. Ты поставил под угрозу его благополучие, чтобы защитить меня. Ты не сможешь защитить его, если умрешь, Корин.
— Уже слишком поздно…
— Почему ты так говоришь? — поразилась она.
— Потому что, когда поисковый корабль не пройдет через систему обороны, он свяжется с Бертосом, и тот узнает, что мы потерпели неудачу.
— Он не узнает, что это из-за тебя.
— Это не имеет значения, он сделает Мабона и братьев всех воинов, посланных сюда, примером. Покажет другим, что значит — подвести его.
— Когда прибудет корабль? — потребовал Грим.
— Сегодня вечером, — сообщил Корин.
— Он будет действовать так же, как по прибытию? Сядет в том же месте? — уточнил Грим.
— Да, Бертос был уверен, что вы никогда не обнаружите нашу лазейку.
— Он ошибся. Расскажи все, что знаешь, Корин. Алджер, свяжись с Юниусом, я хочу устроить ловушку.
Лиза вышла в коридор, позволяя Гриму и его воинам составить план, не опасаясь взволновать ее.
Она никогда не была в этом крыле Замка Луанды, даже не знала, что оно существует, пока Грим не привел ее сюда, и она понимала, почему. Это было настоящее подземелье, хотя и освещенное лучше, чем те, что она себе представляла на Земле. Но все же, это место предназначалось для содержания преступников. Грим не желал, чтобы она видела подобное место, да и она бы не хотела, чтобы дочери узнали о чем-то подобном, хотя понимала, что порой такое необходимо. Пройдя по коридору, Лиза обнаружила, что стоит перед другой камерой, с решеткой, позволяющей видеть мужчину внутри.
Жестокий, холодный взгляд впился в нее, когда он сел на кровати, спиной к стене.
Он был в грязной одежде — той, в которой и напал на нее, по крайней мере, ниже пояса. Выше он был обнажен, демонстрируя не залеченную рану на груди.
— Привет, Лукен, вижу, что ты наконец-то там, где и должен быть — в клетке.
— Сука, — выплюнул он.
— Для тебя — Королева Сук, Лукен.