Как только увидела на заправке, почувствовала невероятное влечение. Но тогда решила, что такой, как я, с Мишей не по пути.
В эту же секунду зажигается свет — небольшой торшер, который стоит на прикроватной тумбе. Я щурюсь, замираю. И так стыдно становится, что прикрываю ладонями грудь.
— Ой! — испуганно вскрикиваю.
— Не закрывайся, — требует Михаил, встав коленями на матрас. — Я посмотреть на тебя хочу.
— А можно вернуть как было?
— Теперь уже нет. Лис, ты очень красивая, необычная.
На короткое время смущаюсь.
Но верю. Как же я ему верю!
— У меня веснушки по всему телу. Что тут красивого-то?
— Где ещё?
Улыбнувшись, позволяю стянуть с себя платье. Мишу, как ни странно, не отталкивает. Столько парней пытались со мной встречаться, и у каждого на лице читалось явное отторжение.
Они у тебя и на спине?
И на руках? И на животе?
Ого! А это лечится? Со временем проходит, да?
Я поначалу пыталась избавиться от веснушек. Пользовалась народными средствами, ходила к косметологу, хотя это и рисково. Затем смирилась, что я такая вот… поцелованная солнцем.
Миша же тащится. По-настоящему тащится! Лукаво улыбается, рассматривает с интересом. Скользит по коже пальцами, будто хочет изучить каждую точку на моём теле.
Его рубашка расстёгнута, голубые глаза потемнели и стали цвета штормового моря, а грудь тяжело вздымается. Молния на брюках едва не трещит по швам — оттопыривается так сильно, что к щекам приливает жар.
— Там тоже есть веснушки? — спрашивает хрипло.
От голоса Миши, который проникает под кожу, звенит в ушах и учащается дыхание.
— Появляются летом, если загораю в бикини.
— Покажешь?
Я развожу колени шире и вздрагиваю, когда Миша касается меня пальцами. Трогает сквозь тонкое кружево, неторопливо и осторожно. Затем приподнимает мои бёдра и снимает трусики. Кажется, что в этот момент я вся воспламеняюсь. От макушки до кончиков пальцев.
Прогнувшись в спине, издаю тихий стон, стоит только Мише надавить на клитор. Внизу живота концентрируется острое возбуждение, кажется, что я вот-вот взорвусь.
Пальцы смело ласкают. Почти доводят до пика!
Басаргин прекращает движения и щёлкает пряжкой ремня. Достает из кармана презерватив. Затаив дыхание, наблюдаю, как он высвобождает возбуждённый член и раскатывает презерватив по всей своей пугающей и немаленькой длине.
Ложится сверху, вдавливает меня в матрас. Горячий и твёрдый везде. Боже мой.
Глубоко целует, упирается членом в промежность. Затем коротким рывком входит и оказывается внутри.
