В темноте и мраке ужасного места, где казнили невинных, два охотника заряжают обрезы с папковыми патронами, готовясь к опасной прогулке. Валера, напуганный происходящим, продолжает изучать их действия, будто подозревая, что они на самом деле являются злодеями.
Иначе с чего ты смотришь записи на следующий день после того, как сюда приехали туристы.
— Хм-м… Если бы эти гости были на этой записи, — Иванов показал пультом на экран, — их просто бы арестовали. Но может, они тут есть, ещё разбираемся. А, что есть какая-то информация по этому поводу?
— Думаю, скоро они начнут или зачищать свидетелей, или подпортят жизнь Шаху. А может, и до китайцев доберутся. Но это было бы неплохо, да?
— Да, — он посмотрел на меня. — Но информации, я так полагаю, у тебя нет.
— Почему это, — я положил на стол папку.
— И копии себе снял, — протянул Иванов, вставая и садясь ближе, чтобы полистать дело. — И не жалко так просто делиться?
— А чего жалеть? — я усмехнулся. — Всё равно здесь есть люди, которым даже ты ничего не сделаешь.
Да, копии я снял, изучил, всё полезное из записей достал. Кое-что оставил себе, чтобы использовать как наш козырь против некоторых банд. Остальное, что не нужно, спокойно передам Некрасову и Иванову.
Им тоже найдётся с чем поработать. Мне нет резона поднимать группу против мелких мошенников и подельников, вроде дежурного по станции или машиниста, который нелегально возил вагоны с оружием и останавливался в специальных местах, чтобы всё тайком выгрузили. Это мелкие преступления, а так уж устроено, что чем меньше провинность — тем суровее наказание. Вот за это они и получат, даже без нашего участия. Здесь пусть работают следователи.
Но в бумагах были и те, кто замешан там серьёзно и получал большие деньги.
"— И главное, — продолжил я, — здесь нет ничего про твоего коллегу, о которым ты намекал. Зиновьев его не упомянул. Вот это странно.
— И не должен был упоминать, Зиновьев был не дурак, чтобы такое писать, — полковник потёр лоб. — Но с этим я работаю. Есть идейка, которую с тобой хочу обсудить, как раз по твоей части.
Иванов уже должен знать, что я активно использую сеть информаторов опера Седова, ну и кое-какие другие контакты у меня были. Ещё кроме этого я использовал свою память по первой жизни, но вот это уже знать никто не мог.
Но зато полковник стал понимать, чем мои неофициальные данные ему выгодны.
