В темноте и мраке ужасного места, где казнили невинных, два охотника заряжают обрезы с папковыми патронами, готовясь к опасной прогулке. Валера, напуганный происходящим, продолжает изучать их действия, будто подозревая, что они на самом деле являются злодеями.
Вот вроде всякого повидал, но когда копнул всё это дело глубже, чем раньше, всё равно находится то, что может ужаснуть.
Зато мы сделали как надо. Спать будем спокойно, а вот злодеи будут ворочаться и с опаской смотреть в темноту…
Костя сел в машину, брат осматривал тела, собирая трофеи, как у нас стало принято. Поймал себя на мысли, что уже не думаю о них позывными. Теперь это не боевые товарищи, а снова родные и друзья.
— Закончили, — сказал я в рацию. — На базу.
— Принято, — отозвался Денчик. В темноте даже не видно здания, откуда он стрелял.
Я зашёл на склад. Сегодня мы сорвали серьёзную операцию, и сделали первые шаги, чтобы отвлечь их от нас. Всё не зря. И несколько жизней спасли от смерти или крайне хреновой участи."
"Оглядел всё ещё раз, опрокинул пару канистр с бензинами, одну, самую тяжёлую, разлил у ящиков, а то высохло, и ещё одну вылил на пакеты с порошком. Запахло бензином сильнее. Сгорит всё, и кто-то наверняка подумает, что украдено больше, чем сгорело. А ведь эти пушки забирали люди Маги… себе? Или всё же отправляли дальше, своим родственникам на Кавказ?
Мыслей много, но знаем пока не всё.
Разлил дорожку бензина до самого выхода, забросил канистру внутрь. Она глухо ударилась об пол рядом с телом Гилы. Ярик подал мне спички. Я вытер руки, вымочил найденную на складе тряпку в бензине, осторожно поджёг её.
Забросил тряпку внутрь. Вспыхнуло быстро, стало ярче, жар в лицо ударил как из огнемёта. В лицо бьёт жар, а телу холодно.
Фонарь на столбе погас, но мы и так всё видели — огонь освещал территорию отлично.
Уселись в «паджерик», поехали прямо через железнодорожные пути. А за спиной пылал пожар…
Доехали до гаража, выгрузили ящики с оружием, стянули с себя броники и оставили там же, а после этого добрались до реки. Там мы прижали педаль газа большим камнем, и «Паджеро» Гилы медленно и с бульканьем уехал под воду.
Понюхал свою одежду — пахнет порохом и гарью.
* * *Дальше — работаем над нашим алиби, подготовленным ещё с вечера. Мы ещё днём сняли небольшую сауну на Острове, у которой был отдельный вход с улицы. Персоналу строго запретили заходить до утра, якобы мы будем веселиться всю ночь. Но там уже все приученные, никто вопросов не задаёт, да и сауна дорогая, с приличным бассейном.
