В шумных джокингах ночного города два брата Глеб и Ярик пытаются выяснить кто их обидел, причем действия должны быть точны и быстры. В придорожной кафешке они размышляют над несколькими версиями подставы — от рук недовольных одногруппников до более глобальных планов. Темно на улице, только свет фонарей делит их с другими посетителями....
А я подъеду… и с ними поговорю.
— Ладно, — Валера удивился, но не перепугался. — Сделаем.
Глава 5
Так, ОСБ или ФСБ? Над этим вопросом я размышлял, пока ехал по названному Валерой адресу. ФСБ влиятельнее и сильнее, и мало кто в милиции знает всех оперативников местного управления, но продажные менты больше боятся Отдела собственной безопасности из главка, чем чекистов. Так что пусть будет ОСБ."
"У меня есть ещё минут двадцать-тридцать, не больше, и я решил сделать небольшой крюк, чтобы заехать на Старый рынок. Опера, которые подкинули ствол Ярику — Филиппов и Гантимуров, хотя коллеги называли их без особой любви и уважения — Филипёнок и Гантимур.
Это не особо чистые на руку товарищи. Кое-что я о них знал, небольшой компромат на них был у давным-давно арестованного опера Рустемова, а что-то на них мне подсказал Седов, ещё когда давал расклад ранним утром. Ну и что-то я помнил о них сам, ещё по первой жизни.
Если подытожить всё это, то выводы неутешительные: Филиппов тупой, но наглый, а Гантимуров — наглый, но тупой.
Серьёзных достижений на службе у них нет, зато оба постоянно вмешивались во всякие неприятные истории и имели большое количество проблем с законом. На них вечно сыпались жалобы, то один, то другой попадал под следствие за многочисленные нарушения, да и про взятки были разговоры.
Но несмотря на всё это, оба в той моей первой жизни умудрились дожить до пенсии и устроиться кто в ЧОП, кто в службу безопасности банка.
Правда, сейчас-то они живы-здоровы, и ждать столько лет я не могу. Да и Басёнка уже нет в живых.
Это не такие умелые спецы, как Седов, и не такие самоотверженные до крайности, как наш Сибиряк.
Договариваться с этими двумя бесполезно — кинут, а потом арестуют, подбросят ствол, порошок или сушёную травку, и уже к вечеру я буду сидеть рядом с братом. Вот Монгол-то повеселится.
